Версия для слабовидящих
Опрос населения об эффективности деятельности руководителей
органов местного самоуправления муниципальных образований

К 70-ЛЕТИЮ ПОБЕДЫ

orig_9f56157a0f923f0048161bca53f9e188

 

 В предверии Дня Великой Победы глава Платнировского сельского поселения Л.Н.Богославец ,председатель Совета ветеранов и инвалидов  А.М.Серенко- вручали юбилейные медали "70-лет Победы в Великой Отечественной войне".У нас 150 ветеранов,большинству -вручили медали на дому.Самые стойкие пришли в КДЦ на торжественное вручение медалей и "Огонек".

 

 

 

 

 

 

Пехальский Леонид Петрович

Пехальский Леонид Петрович

Шепель Любовь Гавриловна

Шепель Любовь Гавриловна

Таранич Марк Григорьевич-90-летие...

Таранич Марк Григорьевич

14 апреля 2015 года КДЦ -торжественное вручение

1

МизинГригорий Петрович,Шушунова Мария Петровна...

 приём 1

 

 

 

Воспоминания ветерана войны

 и труда Хилько Михаила Федоровича,

жителя станицы Платнировской. Сентябрь, 2012 год.

image032

Вот и конец августа 2012 года. От 9 ноября прошедшего года мне пошел 88 годок. Живу один. Инвалид. В комнатах дома передвигаюсь на костыликах или по над стеночкой, вне дома с двумя палками с ремешками, как у лыжников. Для выезда «в люди» - это аптека, магазин, рынок, почта, использую самодельный трехколесный велосипед. В часы раздумий вспоминаю с умилением свою малую родину - станицу Новороссийскую, что в Выселковском районе Краснодарского края. Расположилась станица по обоим берегам речки Бейсуг, километров на семь. Река многоводная, широкая, много рыбы и камыша. Наши предки не ошиблись, выбрав место для жизни.

Жили станичники, в бытовом отношении, скромно. Держали живность почти в каждом дворе.

В станице было три начальных и одна средняя школы. С любовью  вспоминаю своих школьных учителей. Надежда Николаевна это «учительница первая моя». Иван Иванович Топчий математик, Борис Петрович Костюк -физик, Вера Федоровна и Анна Федоровна, сестры, историк и ботаник, Наум Моисеевич Лейбович - химик, Елена Васильевна и Владимир Иванович Малиновские - руссовед и учитель немецкого.

В школе у нас были кружки «по интересам», а в военное время , до оккупации, еще добавились кружки оборонного направления- изучали устройство винтовки, гранат, кружки противохимической обороны и санитарной помощи. В конце

 курса сдавали экзамены и получали значки с удостоверениями к ним.

При нашей школе была хорошая физкультурная площадка. Мы школьники были очень активными участниками  в работе кружков и занятии физкультурой. Всем хотелось иметь значки.

В летние каникулы мы все трудились в колхозе. Для всех находилась посильная работа.

Начался 1941/42 учебный год. Шла Великая Отечественная война. Неутешительные сведения поступали от советского информбюро. Немецкие войска продолжали наступать вглубь нашей страны. Из фронтовых госпиталей приходили станичники-инвалиды. Приходили похоронки на убитых - росло количество вдов и сирот.

В октябре 41 го мы проводили на фронт наших ребят из 10-го класса -им было по 18 лет. В том же году ушел на фронт мой отец, ему было 42. Мы, пятеро детей, остались с мамой. Я- старший, мне 17 лет, с разницей в 2 года три сестрички и братик, которому было 11 месяцев. Коровы у нас уже не было. Вся тяжесть семьи легла на мамины плечи. Также было во многих семьях. Надежда была на огород и на скромный запас зерна. Слава Богу, что наша мама была мастеровым человеком: и портным, и сапожником, и тем подрабатывала, чтобы содержать семью.

Ну а школа? Учиться хочется. Я в 9-м. Надежда не пропала - закончить 10-й и поступить в мединститут. Быть врачом. Класс не отапливается. Сидим в верхней одежде - мерзнут руки и ноги Тетрадей нет, учебников нет. Пишем конспекты на старых газетах и книгах, чернила в чернильницах замерзают.

Поступает приказ из районо: отправить старшие классы на рытье противотанкового рва. По стратегическим соображениям он должен проходить в 15-ти километрах от  станицы. Рыть ров надо было на глубину 3 м и ширину 6 м. 8-10 классы работали в полном составе. Работали три недели от зари до зари, жили в соседней станице Новодонецкой. Зима 41-42 была холодной. Работа велась в ручную, с помощью лопат, ломов, носилок.

Положенное задание мы выполнили. Вернулись домой, и учеба в школе продолжилась. Наступил февраль. Это был для меня месяц раздумий. Что дальше? Что делать? Как помочь семье? Где и как я могу быть полезнее? Люди работали тогда по призыву: «Все для фронта, все для победы!» Мужчины почти все были на фронте.Ярешил идти работать в машинно-тракторную станцию. Прослышал, что там организуются кратковременные курсы трактористов. Не сказал маме о своем намерении, почему-то был уверен, что она не будет возражать. В последние дни февраля я оставил любимую школу и поступил на месячные курсы трактористов. После окончания курсов меня отправили в тракторную бригаду, бригадиром которой был Бровко Михаил Иванович, разменявший четвертый десяток лет. Ростом он был выше среднего, стройный, красивый, мужчина общительный, знающий и любящий свое дело, не терпящий разгильдяйства ни в каком виде. Он был хорошим наставником для молодежи.

К тому времени на фронт ушли почти все кадровые трактористы, и на смену им пришли подростки и женщины. Бригада Бровко в машинно-тракторной станции была передовой. В бригаде было 5 тракторов. На каждом тракторе работало по 2 тракториста. Работали в 2 смены. Жили на полевом стане. Дома бывали один раз в неделю. Полевой стан - домик, в котором была кухня, конторка и комната для отдыха. В комнате стояли койки с постельными принадлежностями для каждого тракториста.

В этой комнате соблюдалась чистота и порядок.

Бригадир требовал от всех качественной и производительной работы, и мы стремились к этому. Существовал и строго выполнялся принцип: «Ни минуты простоя трактора без уважительной причины». Обслуживание техники мы проводили в ночное время при керосиновых лампах  - это на полевом стане, а в поле часто помогал факел и костерок. В нашей бригаде соблюдался принцип коллективизма и взаимопомощи. Мне очень хотелось поскорее приобрести опыт, по этому вне своей работы я присматривался, как работает опытный тракторист, а им был у нас в бригаде Малюга Николай Поликарпович. Он охотно делился своим опытом. Работать было трудно но в то же время и интересно. Отрадно было сознавать, что тебя зауважали, и что ты умеешь уже хорошо работать.

Сводки совинформбюро были по-прежнему неутешительны.

Июль 1942 года. Фронт - от Баренцева моря на севере до Черного моря на юге- более трех тысяч километров. Против нас на стороне Германии выступали страны восточной и западной Европы. Кроме этого также против нас выступали некоторые русские корпуса и украинские дивизии, грузинские и азербайджанские легионы. На юге - турки, на Дальнем востоке - японцы. Положение было крайне тяжелым.

Фашисты хотели до зимы захватить Закавказье и все территории, по которым пролегал их намеченный путь, и вынудить Турцию и Японию напасть на СССР.

В июле 1942 захвачена наша станица Новомалороссийская. Сразу вся власть переменилась. Издали приказ , в котором были такие пункты:

1.Запрет на выход в темное время суток.

2. Запрет на укрытие лиц, которые могут нанести вред доблестной
германской армии.

3.Запрет на хранение боеприпасов и оружия.

Запрет на неподчинение новой власти. Были и другие пункты, которые я сейчас не помню. Но все нарушения карались расстрелом! Станичники жили в состоянии постоянного страха. Забрали весь скот.

От военного коменданта поступил приказ: всем евреям зарегистрироваться в комендатуре. Им выдавали за это куртки с изображением на спине шестиконечной звезды голубоватого цвета. Эти куртки они должны были носить ежедневно. Затем их, в полном составе семей, обманом посадили в спец машины - «душегубки» - и увезли.

Вся уборка культур на поле велась под присмотром коменданта. Участились случаи угона молодежи в Германию, по этому в семьях, где были подростки, были схроны, где прятались юноши и девушки во время облавы. Облавы обычно проводились в ночное время.

В январе 1943 было перемещение фашистской техники на запад. Мы думали, что они отступают. Наши тракторы мы пригнали на колхозный двор в станице. Для сохранности машин от оккупантов, мы начали их разбирать под предлогом ремонта и уносить запчасти домой. Когда пришло время разбирать мой трактор, пришли два автоматчика с переводчиком. Они потребовали один трактор для буксировки застрявших в грязи автомашин, которые застряли в десяти км от станицы. Бригадир Михаил Иванович сказал мне: «Что ж, Михаил, придется тебе ехать».

Немцы поехали на телеге, запряженной лошадьми, а я на тракторе. Через час были на месте, где надо было вытянуть три застрявших грузовых тяжелых автомобиля. Хотя дни стояли морозные. Много было попыток с разных позиций -- безрезультатно. Трактор был колесный, и при каждой попытке буксовал, а «груз» стоял на месте. Немцы, видя это, приказали мне ездить вокруг машин и месить грязь со снегом. Это затянулось до вечера. Солнце зашло. На небе ни облачка. Тихо. Видно, что ночью будет сильный мороз. Трактор должен остаться около машин. Чтобы не замерз мотор, я беру ключ, чтобы из системы слить воду, но в это время уже подходит телега. Немцы уже там, чтобы ехать обратно в станицу. Один из них, с автоматом в руках, кричит: «Russisch schnel! (русский, быстро!)», а мне же надо открыть сливной кран и подождать, пока вода вся вытечет из системы охлаждения. Он снова кричит и направляет на меня автомат, затем делает два выстрела в воздух. Я готов остаться и машу ему рукой:

 

«Мол, поезжайте без меня, а я останусь здесь!». Но куда там! Он снова дуло на меня направил, и я побежал к телеге. Минут через 40 были в станице. Я сошел с телеги около колхозного двора и побежал в колхозную конюшню. Конюхом там работал мой приятель Витя Суздальцев. Объяснил ему обстановку. Запряг буланого коня и галопом помчался к трактору. Хорошо, что была лунная ночь. Сливная трубка уже успела замерзнуть, но я приспособился слить воду из мотора через патрубок. Слив воду, спокойно поехал домой.

Утром на той же телеге приехали немцы к своим машинам, а я к трактору. Ночью был сильный мороз и месиво вчерашнее замерзло и машины уже могли выехать сами. Пока немцы хлопотали у своих машин, я начал готовить свой трактор к возвращению домой. К счастью неподалеку оказался заброшенный сарай, крытый камышом, и рядом появилась возможность заправить систему охлаждения водой. Но в замерзший радиатор нельзя вливать воду, и я решил прогреть его открытым огнем. Для этого я снял с крыши сарая куль сухого камыша и принес его к трактору. Только поджег его, как ко мне прибежал один из фрицев. В руках у него была какая-то посудина, которую он бросил на мой горящий камыш. Хлопок, и я загорелся. Я бросился в снег и катался, работая при этом руками, ногами, головой.... Избавившись от смертельной опасности пришел в себя. Машины ушли. Мы остались с трактором вдвоем. Шок отошел, и появилось приподнятое какое-то настроение. Высоко в небе сияло солнце. Ночной мороз чуть-чуть сдался, было тихо. Не спеша я проверил мотор, завел трактор и поехал в станицу.

Во второй половине дня поставил трактор на место, погладил по капоту и сказал: «Даст Бог, мы ещё с тобой, дружок, поработаем ».

В январе 1943 немцы, отступая, забирали в колхозе лошадей с телегами и ездовыми - молодыми ребятами. Станичники боялись выходить на улицу. Ночь 1-2 февраля была особенно тревожной по нашей улице Красной. Далеко за полночь отступали гитлеровцы, затем затишье было, а ближе к рассвету снова движение. Шли пешие, иногда конные. Стрельбы не было слышно - зато была слышна русская речь - это были красноармейцы, наши освободители!

Мне уже восемнадцать. Я решил идти на фронт без повестки вместе с нашими освободителями. Мама не возражала. Был тихий морозный день. Ярко светило солнце. Высоко в небе летал немецкий самолет- разведчик. Он корректировал огонь артиллерии отступающего врага и в станице то там, то здесь рвались снаряды. Я маму попросил не провожать меня, было опасно. Мой гардероб был сшит мамиными руками.

Штаб части располагался в доме стансовета. Потом я узнал, что это был штаб 10-ой гвардейской стрелковой бригады. Эта бригада входила в состав 11-го гвардейского стрелкового корпуса, командором которого был генерал - Хижняк Иван Лукич. Еще будучи школьником, я читал об этом легендарном человеке.

В штаб пришло много таких мужиков как я. Я был зачислен в батальон автоматчиков. Мой первый командир отделения - гвардии младший сержант Жаронькин, а командир роты старший лейтенант Ерохин. В этот же день я получил автомат и дополнительный

комплект патронов. Обмундирования не было. В течение февраля и марта я воевал в своей одежде. Два дня наша часть пополнялась новобранцами. 4-го февраля мы выступили в направлении станицы Кореновской. Наш батальон автоматчиков в ночь с 5 на 6 февраля подошел к северо-восточной части станицы. Одна из рот была направлена в станицу, там шел бой. А остальные, в том числе и моя, продолжили наступление на запад. Далее направление наступления Тимашевская. Задача состояла в том, чтобы нашему батальону вместе с другими подразделениями зайти на левый фланг обороны противника, а другие части зашли с правого фланга. Немцы не ожидали такого поворота событий, боясь окружения оставили Тимашевскую. Нам достались богатые трофеи: 42 паровоза, 670 вагонов и платформ,2 самолета, 366 автомашин, 22 вагона с обмундированием и бельем, 3 вагона лыж, 3 вагона касок, 3 вагона инженерного и плотничьего инструмента, 1 вагон подков для лошадей, 27 вагонов мотоциклов и автозапчастей, 47вагонов снарядов, 23 вагона патронов и другого имущества.

Противник на пути нашего корпуса приготовил новый оборонительный рубеж по реке Понура, взорвали все мосты и переправы на пути своего отступления. В хуторе Тополь у нас была передышка - 14-15 февраля на политинформации, в виде митинга, нам рассказали о большом успехе наших войск в Сталинграде. Это нас еще больше вдохновило поскорее освободить Родину от захватчиков.

Там же на хуторе в этот день я принял воинскую присягу. Тогда я стал рядовым красноармейцем, коим и остался до конца службы в армии. Наступила весна. Снег растаял. Пошли дожди. Трудная пора наступила для нас, солдат. Из клейкого раскисшего чернозёма нелегко было вытащить ноги, но мы продвигались вперед. Враг, отступая, оказывал яростное сопротивление. Он использовал для обороны возвышенности на местности -курганы, правые берега наших речек, не жалея при этом патронов, мин, снарядов. Особенно неприятно было, когда вёл огонь из шестиствольных минометов «ванюш». Пуск мин из его стволов сопровождался неприятным воем, а мины падали шахматным порядком, совершая большую поражающую силу.

Распутица. Даже не каждая лошадь могла справиться с такой напастью.

Дальше путь пролегал еще хуже, там начинались болота, плавни, рисовые поля. Лошадей кормить нечем. Они, бедные, на привале стоят бывало обессилившие, понуро опустив головы. Ребра выпирают наружу... Как крайний выход из положения, ездовые снимали старую солому и камыш и кормили животных.

В этой обстановке обозы с продовольствием отстали от нас, и нам приходилось испытывать определенные трудности: экономить боеприпасы, туго было с продовольствием. На было соли, не хватало медикаментов.

Наши хозяйственные старшины использовали каждую возможность, чтобы боец, хоть в какой-то степени утолял голод. Так они организовали обмолот и рушку риса, в речках глушили рыбу. Однако пища, приготовленная без соли была безвкусной. Иногда варили конину от убитых лошадей. Население освобожденных нами хуторов и станиц встречало нас со слезами радости, делились по возможности имеющимся скудным провиантом, добровольно, с желанием помочь нам.

По дорогам нескончающимся потоком тянулись вереницы женщин, стариков, подростков, несших на плечах в мешках патроны, снаряды, мины, хлеб в сторону переднего края.

Наше бездорожье, врагам оборачивалось бедствием - в непролазной грязи они бросали технику в больших количествах. Сжигать технику у них не было горючего. По пути отступления она сжигали мосты, плотины.

На железной дороге они толовыми шашками взрывали каждый стык рельсов, даже телеграфные столбы не оставались без внимания. Я всегда восхищался мужественностью наших рядовых и командиров. Поднимаются и в атаку идут, порой на смерть. Стреляют, бросают гранаты, ползут по-пластунски. Иногда будет время упадешь спать в мокрую землю вздремнуть в окопчике, а пробудившись чувствуешь, что все тело свело судорогой. Мои домашние ботинки пришли в полную негодность. Снять обувь с убитого не позволяла совесть. Как выход из положения, в одном из хуторов в заброшенном доме я нашел валенки, не новые, но хорошие, еще можно носить. В первых числах апреля получил обмундирование. Все, как положено. Из домашней одежды оставил свою любимую атласную рубашку, с которой еще долго не расставался - носил под гимнастеркой.

Апрель. Закончились плавни. После упорных боев мы освободили станицы Красноармейскую и Славянскую. В боях враг потерял более двух с половиной тысяч раненых и убитых солдат и  офицеров. На подступах к станице Славянской , в знаменитом совхозе «Сад-Гигант» фашисты спалили сотни гектаров яблонь, груш, вишен, черешен. Дальнейший боевой путь нашего 11 гвардейского корпуса освобождение станицы Крымской и штурм «Голубой линии». Чтобы выполнить это задание, надо было основательно подготовиться. С этой целью к нам в корпус влились три армейских дивизии, 2-я, 32-я и 55-я. Эти дивизии имели большой боевой опыт. Я попал во 2ю гвардейскую. В этой дивизии было три стрелковых полка: 1-й, 6-й и 15-й, мой полк. Естественно в этом полку три стрелковых батальона. 2й батальон мой. Для ведения наступления, кроме улучшения структуры воинского соединения, надо много оружия, боеприпасов, продовольствия для питания бойцов, что командованием и делалось. Так на ж/д станцию Линейная, что в 20-ти км от Крымской, проходили ж/д эшелоны с нужными грузами, а затем их перевозили ближе к передовой линии. Подготовка к наступлению длилась около двух недель. Станица Крымская была «воротами» «Голубой линии».

С северо-востока она прикрывалась насыпью ж/д полотна, с юго-востока - высотами, с севера плавнями. Ж/д насыпь превратили в неприступный вал. Сооружены были многочисленные доты, блиндажи с перекрытием из рельс и шпал. В этих укрытиях во время нашего обстрела отсиживались гитлеровцы. Их

наблюдатели в перископы просматривали наши позиции. Когда мы поднимались в атаку, фашисты открывали губительный огонь из всех видов оружия. Наша позиция была неудобной, проходила то топкой местности. Бывало, копнешь лопаткой на штык, и уже вода льется. Кроме этого, еще препятствием на пути к насыпи были спиленные деревья. Много раз в течение недели мы пытались атаковать насыпь, но атаки наши захлебывались и потери наши были значительными. Да, место это было гибельным. Назвали мы его «Долина смерти». Однако удача нас не обошла стороной. Атака на рассвете 4 мая принесла успех, и станица Крымская была освобождена. Части нашего корпуса заняли новые позиции, уже непосредственно у Голубой линии. Что она представляла собой? У немцев голубой - цвет надежды. Протяженность Голубой линии более 100 км. Она состояла из нескольких укрепленных рубежей. Левый фланг упирался в Азовское море и приазовские плавни в районе города Темрюка, а правый шел по горам и заканчивался на Черноморском берегу в районе города Новороссийска.

Кстати, немцы достроили начатую нами еще до войны железную дорогу от Крымской до Керченского пролива на косу Чушку, это около 150 км. Для них это была стратегическая магистраль, играющая большую роль в удержание плацдарма на Северном Кавказе.    «Голубую линию» фашисты строили задолго до весны 1943 года. Под дулами автоматов они заставляли женщин, стариков и подростков из окрестных станиц и хуторов рыть окопы, строить укрепления. Руководили устройством укреплений лучшие германские инженеры.

 

 

Геббельс - вдохновитель нацисткой партии хвалился о неприступности этих укреплений и, что о них красные дивизии разобьют головы. Мы заняли позиции непосредственно перед высотой с топографическим номером 121,4. Высота господствовала над окружающей местностью. Эта сопка стояла как-то особняком среди других возвышенностей. С ее вершины отлично просматривалась местность на многие километры. Вся сопка от подножия до вершины была изрыта траншеями, обустроена дотами и дзотами, блиндажами с надежными перекрытиями, волчьими ямами. Подступы к высоте были заминированы и опутаны колючей проволокой. Это все было тщательно замаскировано. Наши позиции проходили по равнине.

Утро 26 мая 1943 года выдалось тихим и теплым. Небо затянуто легкими прозрачными облаками. Горы окружала голубоватая дымка. Тишина. Кое-где пели птицы и, казалось как-то мирно, будто бы и нет войны. Высоко - высоко в небе, над обороной противника летала пара наших истребителей. На фронте тишина бывает обманчивой. Мы знали и ждали, что вот-вот начнется артиллерийская подготовка. Время - 6:30. Послышался одинокий пушечный выстрел, который как - бы послужил сигналом яростному грому артиллерийской канонады. Равнина озарилась орудийными вспышками. С западной стороны Крымской ударил дивизион реактивных гвардейских минометов «Катюш». Сотни огнехвостных ракет устремились на оборону гитлеровцев. Только умолк первый дивизион, грянул второй, укрытый в зарослях кустарника, за ним третий. Мы любили грозный рокот «Катюш». Вслед за «работой Катюш» в небо взвились головастые снаряды - «Иваны Грозные». Артиллерийская подготовка продолжалась полтора часа. За это время мы вышли на рубеж атаки, приближаясь к валу. Не успел отгреметь артиллерийский ураган, как с востока надвинулась наша воздушная армада. Сравнительно невысоко сотни двухмоторных бомбардировщиков, сопровождаемых истребителями, шли в четком строю, звено за звеном. Горные склоны, где находился противник, окутались огнем и дымом...По сигналу зеленых ракет мы поднялись в атаку. И не успели гитлеровцы опомниться от столь сокрушительных атак, как мы ворвались в их траншеи. К девяти часам утра мы овладели хутором Горищным, высотами 71,0 и 121,4. Не теряя времени, мы прочно закрепились на этом рубеже. Голубая линия была прорвана. Наш удар для врага был настолько неожиданным и прочным, что он растерялся, не смог своевременно подтянуть свои резервы. А спустя несколько часов, опомнившись, противник спешно пошел в контратаку, бросив пехоту и танки, с поддержкой бомбардировщиков. Помню, наша рота закрепилась в самой верхней части сопки 121,4. Примерно в третьем часу дня мы услышали с запада густой, нарастающий с каждой секундой гул самолетов. В чистом небе на нас черной тучей наплывает армада. Небо будто вышито черными крестами. Вражеские бомбардировщики шли на большой высоте. Начали выстраиваться, пикировать и сбрасывать бомбы. Дым, пламя, взрывы, пыль, сильный  грохот, глыбы земли и масса смертоносных осколков. Это был кромешный ад. Бомбы падали рядом. Мне показалось, что меня подбросило вместе с окопчиком, потом забросало глыбами земли. После бомбового удара враг предпринял несколько контратак,   которые мы отбили. У нас были значительные потери.

В последующие дни, методически, через каждые два часа налетало 35-40 бомбардировщиков, после бомбежки следовали контратаки, иногда с танками. Мы все отбывали. Спасибо мы говорили нашей артиллерии и солдатам неба. Каждый раз, когда нам - пехотинцам было трудно, они приходили на помощь. Иногда помогали и «Катюши» или штурмовики Илы. Они спускались над самой землей м обстреливали фрицев ракетами, вели огонь из пушек и поливали пулеметным огнем. Много дней и ночей нам пришлось держать оборону на высоте 121,4. У многих мох братьев по оружию на этой высоте перестали биться сердца. Они отдали самое дорогое, что у них было - жизни - ради свободы и независимости своей Родины, ради мира для грядущих поколений. Народ назвал эту высоту «Сопка героев». Нас подменили другие армейские подразделения, а мы заняли оборону на высотах, западнее станицы Крымской. Она была видна с наших позиций как на ладони. Враг периодически делал артиллерийские налеты, а с контратаками угомонился, но продолжал наносить бомбовые удары по нашим коммуникациям. Особенно сильно бомбил Крымскую. Бомбардировщики обычно прилетали по 30 - 40 единиц клином или колонной со стороны солнца. Их всегда сопровождали истребители, цель которых - охранять бомбовозы, чтобы те без помех сбросили бомбы в нужную цель.

Немецкий истребитель «Мессершмидтт» - МЕ-109 или просто «мессер».

В «охране» обычно прилетало 6-12 единиц.

Над нашими позициями всегда в небе дежурили несколько наших истребителей, задача которых -встретить незваных гостей и помешать прицельно сбросить смертоносный груз.

Наши истребители - «Як» и «Лав» - названия по имени конструкторов Яковлева и Лавочкина. При полете вражеских самолетов всегда завязывался воздушный бой.

Высоко в небе кружились в танце смерти десятки самолетов, слышались прерывистые очереди пулеметов и пушек. «Мессершмидтты», как метеоры носились, выбирая свою цель. Наши «Яки» выбирали возможность подойти к «Мессеру» сзади и снизу, и с небольшого расстояния успех обеспечен на 100%. Часто можно было увидеть как два самолета, «Як» и «Мессер» шли на встречу друг другу это лобовая атака. Сейчас столкнутся! У кого же окажутся крепче нервы? Не выдержал «Мессер», он круто взмыл, когда между ними было какой-нибудь десяток метров.

Мгновение. Удобная позиция для «Яка». Летчик жмет на гашетки пулеметов. «Мессер» задымил, перевернулся на крыло и, вращаясь вокруг собственной оси, пошел к земле, завывая работающим на пределе мотором. Среди летчиков были наши ассы трижды герой Советского Союза Александр Иванович Покрышкин, герои: Берсенев, братья Глинки, Труд, Дрыгин и другие. Историки отмечают, что на Кубани проходили самые ожесточенные воздушные бои. Враг потерял более тысячи самолетов.

Ночное небо на переднем крае было всегда неспокойным.  Постоянно создавалось впечатление, что солдаты пробовали, исправно ли у них оружие. Часто был в небе надрывный гул приближающегося немецкого трехмоторного ночного бомбардировщика. Он сначала сбрасывал на парашютах осветительные  неприятная. Выбросит из своего грузового отсека несколько железных ящиков. В воздухе они раскрываются, и на землю сыплется град шариковых гранат величиной с хорошее яблоко. Ударяясь о землю, они рвутся, как хлопушки, совершая при этом большое поражающее действие.

А вот и шум мотора самолета с нашей стороны. Это летит наш легкий ночной бомбардировщик. Подлетая к нашему переднему краю, летчик выключал мотор, «прошуршит» к обороне немцев, сбросит бомбы, возвращаясь, над нашим передним краем пилот снова включал мотор и уходил на свой аэродром. И так иногда всю ночь не давал немцам спать. Очень обидно было смотреть, как вражеские прожекторы засекали самолетик. Он летел, бедолага, в ослеплении, а по нему из зенитных пулеметов шел шквальный огонь. Самолет загорался и факелом падал на землю. Эти самолеты мы с любовью называли «кукурузниками». Судя по его летным возможностям, он мог приземлиться даже на кукурузном поле. На нашем участке фронта действовал авиаполк ночных бомбардировщиков, которым командовала полковник Евдокия Бершанская. Полк был укомплектован женским составом. Своими действиями он наносил врагу значительный урон. Немцы летчиц называли «Ночными ведьмами».

Во второй половине июля 43 года наш корпус отвели на пополнение и подготовку к новому, решительному прорыву «Голубой линии» на другом участке. Днем, а иногда и ночью, мы тренировались ползать по-пластунски по крутым склонам, метко бросать гранаты в цель, форсировать водные преграды. Это были дни напряженной, тяжелой учебы, выжимающий сто потов. Наконец, дни «отдыха» закончились и мы выдвинулись на передний край. Прорыв укреплений намечался на узком участке по ориентиру хутора: Вышка, Ленинский и Горновеселый. Какова была оборона врага?

Впереди всей линии обороны - минное поле в глубину до ста метров. Дальше - проволочное ограждение в шесть кольев. Потом тянулись траншеи в рост стрелка. Перед бруствером траншеи замаскированные мины. Наверху бруствера через 15-20 метров установлены двойные стальные щиты с отверстиями для стрельбы. Ниже дна траншеи были ямы в виде миниатюрных пещерок. От главной траншеи вглубь обороны, ко второй линии траншей тянулся ход сообщения. Передний край постоянно освещался немцами ракетами, иногда авиафонарями, часто использовали и прожекторы. При малейшем подозрении наблюдателей противник открывал огонь по всему фронту.

Действительно, оборона была построена классически, и противник был уверен в ее неприступности. Нашим саперам предстояла труднейшая работа. В ней они в буквальном смысле играют со смертью. Недаром сложилась пословица: «Минёр ошибается один раз в жизни». К моменту наступления они сделали несколько проходов в минных и проволочных заграждениях. Каждый командир подразделения знал заранее проделанный для него проход. Сапёры, как проводники, дежурили у проходов.

Командование решило изменить принятому обычно шаблону. А обычно, как у нас было? Идёт мощная артиллерийская подготовка, а после этого идут в атаку бойцы. Немцы привыкли к такой тактике. И всегда при окончании артподготовки, встречали идущих в атаку шквальным огнём, Решено было провести наступление без артподготовки, не утром, как обычно, а ночью. Фашисты приученные спать в определённое время, они и сейчас ничего не подозревали. Сигналом к атаке было - смыкание стрелок часов на цифре «12». Полночь. Лунно. С запасом гранат и запасных дисков с патронами для автоматов, мы устремились по проходам без шума и выстрелов к траншеям гитлеровцев.

Завязался бой, в ход пошли гранаты, приклады автоматов, а, иногда, и сапёрные лопаты. Операция внезапности прошла удачно. Фрицы в панике бежали, отстреливаясь.

К рассвету мы уже вклинились километра на два в глубь обороны противника. Подбодренный нашей ночной атакой, я как то вырвался вперёд. Быстро шагаю, периодически постреливая одиночными. Походу вдруг заметил, что что-то слева  блеснуло похожее, как лучик карманного фонарика. Сделав, несколько шагов, я оказался у бруствера траншеи, как раз в том месте, где блеснуло. Спрыгиваю в траншею, сделав шага три-четыре увидел по ходу слева в стене траншеи приоткрытую дверь. Палец на спусковом крючке автомата, толкаю ногой дверь и моему взору представилась ярко освещённая электролампами комната размером примерно 4-5 м, от пола до потолка метра три. Увидев на стене против письменного стола флаг со свастикой я сразу определил что это штаб гитлеровцев. Очевидно, хозяева несколько секунд назад убежали в панике, бросив на трапезном столе, который стоял от меня слева, завтрак. Справа от меня было что-то, вроде нар. Перед нарами стояли два полных развязанных мешка с яблоками. За мешками сидела большая собака-красавица - немецкая овчарка. Она смотрела на меня очень пристально. Я ей сказал: «Ты хорошая собака, бросили тебя твои хозяева».

Направил в её сторону ствол автомата, сказав при этом: «смотри не балуй!» В эти же секунды я увидел, как из её глаз брызнули слёзы. Появилась уверенность, что пёс не позволит сделать мне пакость. Я быстро спустился по ступенькам к добротному канцелярскому столу. На столе лежала кожаная барсета на замке «молния», там было несколько железных крестов (у немцев это была высокая награда). Барсету я положил за пазуху. В верхнем ящике стола лежала папка с оперативными картами её я тоже положил туда же куда и барсету. В боковых двух ящиках лежали пачками деньги, много денег немецкие марки и наши красные тридцатки (на оккупированной немцами территории входу были наравне с марками и наши советские деньги). Сорвал со стены флаг со свастикой, его тоже положил за пазуху. Все действия делал в темпе, имея ввиду, что хозяева, одумавшись, могут вернуться. Собака вела себя спокойно, хотя, я всё время остерегался. Всё-таки животное, и её слёзы могли быть мимолётными. Выскочив из бункера я поспешил передать трофеи командиру. Пробежав метров сто пятьдесят, я встретил двух связных командира батальона. Когда я спросил у них: «Где комбат?» Один из них ответил: «Сейчас будет». Второй связной спросил: «А, что там у тебя?» Я кратко рассказал о бункере, о трофеях. Они сказали, что «Трофеи давай, мы их передадим комбату». Я отдал им содержимое пазухи, а сам побежал догонять товарищей, которые продолжали преследовать отступающих. В этот день мы продвинулись в глубь обороны немцев на три километра, а по фронту на четыре. Поставленную командованием задачу осуществить прорыв укреплений на узком участке по ориентирам - хутора: Вышка, Ленинский, Горновесёлый мы выполнили.

В последних числах июля сорок третьего года наша дивизия на несколько дней была с переднего края отведена на пополнение личным составом, а также на совершенствование боевого мастерства бойцов и командиров, ну, естественно это было и отдыхом от большого напряжения физических и духовных сил на передовой. «Отдых» был не долгим. Нашей воинской части была поставлена задача: нанести удар на главном направлении: высота с топографическим номером - 167,4. За день до выхода на исходные позиции нашей 2-ой гвардейской Краснознамённой дивизии в прифронтовом лесу южнее станицы Крымской перед вечером состоялся митинг, на который прибыл командир 11 -го гвардейского Краснознамённого корпуса -- генерал Иван Лукич Хижняк. Он обратился к нам примерно с такими словами: - Товарищи гвардейцы, солдаты, сержанты и офицеры, дети мои! У нас, гвардейцев, свой закон. Где обороняется гвардия - враг не пройдёт, где наступает гвардия - враг не устоит. На знамени вашей славной дивизии боевой орден. Великая честь служить в такой дивизии. Среди вас есть старые закалённые в боях ветераны, участники трёх войн, но большинство молодых. Помните, особенно молодые, что смелого пуля боится, смелого штык не берёт. Не каждая вражеская пуля достигает цели. Пуля всегда ищет труса и паникёра. Раны на теле воина - это его гордость.

У меня есть раны. Они на груди, на боках и спине, полученные в трёх войнах.

- Дети мои, я старик. Уже многим из вас гожусь в отцы, а некоторым в деды. Но не стыжусь своих ран, а горжусь ими. Кровь моя пролитая в боях за Родину, не пропала зря. Она принесла какую-то пользу. Я призываю вас быть храбрыми в бою, честными перед Родиной, перед партией великого Ленина...

К генералу подошёл его адъютант помог снять китель и нательную рубашку и на обнаженном теле его мы увидели шрамы от шашек, пулевых и осколочных ранений. Увиденное потрясло нас. Благословив нас на победу в предстоящем бою, он прошёл вдоль строя и поцеловал некоторых гвардейцев, в том числе и гвардии младшего сержанта Иосифа Лаара. После этого некоторые из бойцов выступили и все как один дали слово образцово выполнять приказ, служить примером в бою, приумножать гвардейскую славу. Наступление началось 6 августа утром мощной артиллерийской подготовкой, которая продолжалась полтора часа. В месте с этим наши самолёты-штурмовики Илы бомбили, обстреливали реактивными снарядами и поливали пулемётным огнём оборону немцев. Мы ждали сигнала атаки, а сигналом послужил залп дивизиона «катюш». Сотни огненных стрел пронеслись над нами и вонзились в высоту. К моменту атаки подошли несколько танков и мы устремились за ними к переднему краю немцев. Враг встретил нас сильным огнём стрелкового оружия, а тщательно замаскированные и уцелевшие после артподготовки противотанковые пушки открыли прямой наводкой огонь по нашим танкам. От разрыва снарядов досталось и нам стрелкам. Мы приблизились к траншеям гитлеровцев, но гибельное действие двух пулемётов заставило нас залечь на некоторое время. Пауза в несколько секунд и перед траншеей откуда вели огонь пулемёты

разорвался снаряд. Пулемёты замолчали. Только мы стали подниматься, как один из пулемётов «ожил» и нам пришлось снова залечь. Ближе всех к пулемётному гнезду было отделение гвардии младшего сержанта Иосифа Лаара. Лаар метнул гранату в сторону пулемёта. Мы только стали подниматься, как пулемёт снова «ожил» и ранил смельчака в левый бок. Смертельно раненный он сделал несколько шагов, выбросил правую руку вперёд падая схватил раскалённый ствол пулемёта и прижал его к земле. Быстро поднявшись мы бросились в траншеи, продолжая вести бой.

Так ценой своей жизни наш боевой товарищ спас жизни многим из нас и способствовал делу победы над врагом. За совершённый подвиг гвардии младшему сержанту Иосифу Лаару было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Бой продолжался. В бой вступили наши танки. За одним из них двигались бойцы отделения гвардии младшего сержанта Александра Носова. Немецкий офицер гранатой подорвал этот танк, Александр меткой автоматной очередью уничтожил этого фашиста. Следуя примеру командира, бойцы отделения уничтожили 35 гитлеровцев, из них 17 уничтожил лично Носов. Наступление продолжалось. И вот в самый ответственный момент был тяжело ранен командир взвода. Александр Носов принял командование взводом на себя, выбивая гитлеровцев из блиндажей. И снова гвардии младший сержант Носов уничтожил восьмерых фашистов. Враг предпринял новую контратаку. На взвод, которым командовал Носов, двигались четыре фашистских танка, за ними автоматчики. У бойцов взвода кончались патроны. Александр приказал своим бойцам держаться до последнего. Сам же схватил трофейную противотанковую гранату и пополз навстречу одному из танков. Улучшив момент бросил гранату под гусеницу движущемуся танку. Машина сделала полуоборот, остановилась. Остальные три танка повернули обратно, а за ними и остаток автоматчиков. Воспользовавшись этим Носов решительной атакой отбросил  фашистов. Так действовал взвод втечение всего наступления, которое мы начали 6 августа.

За личное мужество и умелое руководство бойцами во время боя Александру Носову было присвоено высокое звание - Герой Советского Союза.

Со значительно поредевшим личным составом в августовских боях, наш корпус был отведён во второй эшелон в лес южнее станицы Крымской. Как всегда началось пополнение личного состава, боевая подготовка, ну, конечно, же маленький   

отдых от передовой - возможность походить во весь рост, относительно спокойно поспать.

В одну из тёмных сентябрьских ночей мы снова вышли на передовую линию. Нашей второй гвардейской дивизии было отведено исходное положение на юго-восточных скатах «Сопки героев» (высота 121,4).

Чтобы наступать надо хорошо знать об огневой силе врага, с этой целью необходимо вести разведку, что было и сделано. За два дня до наступления, утром, в расположение наших траншей пришёл батальон штрафников для проведения разведки боем. Наша артиллерия открыла огонь по обороне немцев. Противник почему-то помалкивал, но как только артобстрел прекратился и штрафники по сигналу зелёной ракеты пошли в атаку передний край гитлеровцев ожил активно заработали пулемёты, автоматы, пушки и миномёты. Вот этого нам было и надо. Наши наблюдатели засекали огневые точки, чтобы при предстоящем наступлении их подавить нашими огневыми средствами.

Четырнадцатого сентября 1943 года был получен приказ наступать. В семь часов утра после сорока минутной артиллерийской подготовки, мы начали наступление. Противник нас встретил сильным огнём. Однако мы не замедлили движения, прикрываясь огнём нашей же артиллерии, достигли вражеских траншей и завязали там рукопашный бой, который закончился для нас успешно. Надо отметить, что на протяжении всего нашего пути по изгнанию фашистов с Таманского полуострова они не убегали в панике, нет, они постоянно оказывали ожесточённое сопротивление, чтобы тем самым замедлить наше продвижение вперёд и чтобы выиграть время для отвода основных сил в Крым через Керченский пролив.

Штурм «Голубой линии» к тому времени начался в районе Новороссийска с одной стороны, а также со стороны Темрюка с другой. Таким образом «Голубая линия» трещала по всем швам. Дым и пламя окутали леса и горы. От смертоносного огня стонала земля. Шёл завершающий этап битвы за Кавказ. Враг не жалел снарядов и патронов. Каждый метр земли им был начинён взрывчаткой, окутан колючей проволокой, изрыт окопами. У посёлка Сенной, что расположен на берегу Таманского залива от разрыва артиллерийского снаряда я был контужен и ранен, но стремление быть с боевыми товарищами взяло верх и, не покидая, как говорят, поле боя, я шёл со всеми вместе вперёд. 9 октября 1943 года мы вышли к морю в районе посёлка Кордон (ныне посёлок Ильич). В этот день закончилось освобождение Северного Кавказа, в том числе и Таманского полуострова от немецко-фашистских захватчиков.

Приказом Верховного Главнокомандующего нашей второй гвардейской краснознамённой стрелковой дивизии было присвоено наименование «Таманская». А вечером 9 октября 1943 года столица нашей Родины Москва салютовала доблестным войскам, освободившим Таманский полуостров двадцатью артиллерийскими залпами из 224 орудий. За отличные боевые действия была объявлена благодарность всем, кто участвовал в этих боях. В те же дни Советское правительство учредило памятную медаль: «За оборону Кавказа», которой в скором времени были награждены все наши воины. После изгнания фашистов с Кавказа перед нами была поставлена новая задача - изгнать их и с Крымского полуострова.

Наша воинская часть была отведена в поле вблизи станицы Фанталовской и посёлка Кучугуры, Это место было очень удобным для проведения тактических занятий по подготовке десантников. В течение трёх недель мы усиленно готовились. Каждый день политруки проводили беседы. Периодически поступала газета, в каждом номере которой был призыв: «Даёшь Крым!»

Время занятий и «отдыха» закончились, и 31 октября с наступлением ночи мы выдвинулись поближе к посёлку Кордон (ныне посёлок Ильич), что в пятнадцати километрах от посёлка Кучугуры. Мы должны были высаживаться на берег Крыма восточнее города-порта Керчь в посёлок рыбаков Пристань Опасная. По берегу немцы заранее расставили минные и проволочные заграждения, повсюду поставили глубинные бомбы. Кроме этого на берегу много было орудий, миномётов и зенитных установок.  

Прожекторы шарили ночами своими ослепляющими лучами по водной глади моря. С самого вечера 1 ноября наша артиллерия вела сильный огонь по береговой обороне противника, а с воздуха наносили бомбовые удары наши ночные бомбардировщики. Создавалось впечатление, что весь берег, куда должны были высаживаться мы был в огне. В третьем часу ночи к причалам посёлка Кордон подошли суда Черноморского флота и Азовской флотилии. Мы погрузились на эти суда и к рассвету должны подойти к месту высадки. При посадке большая часть бойцов спустилась внутрь судна в матросские кубрики, а часть осталась на палубе у капитанского мостика. Мне повезло быть наверху. Среди нас оказались трое гражданских - две девушки и юноша им было лет по шестнадцать. Когда один из бойцов поинтересовался: «Откуда они и почему здесь?» Они все весело и почти хором ответили: «А мы от комсомола, провожаем вас». Одна из девушек предложила: «Ну, что товарищи бойцы, споём что ли?» И тихо, задушевно начала петь:

На рейде большом

Легла тишина,

И море окутал туман...

Так же негромко и также задушевно подхватили слова песни все наши гости, а затем подключились и мы. Слова песни далеко не летели оставались с нами и я вспоминая когда на «Голубой линии» на «Сопке героев» в минуты затишья между контратаками немцев в своём окопе пели наши пулемётчики дядя и племянник Ковалёвы. Они пели также задушевно наши кубанские песни, несколько слов одной из них запали мне в душу: «Ой ты сад ты мой сад, сад зелёненький...»

Нам от Кордона к месту высадки предстояло пройти километров пятнадцать. Море не штормило, но не было и спокойным. Наша артиллерия продолжала «работать» периодически, перенося огонь, с берега вглубь обороны противника. Забрезжил рассвет. Наши катера уже недалеко от берега. Противник начал обстрел. Впереди и за кормой нашего судна поднимались фонтаны воды от разрыва снарядов и мин.

Зазвучала песня наших гостей:

Наверх, вы товарищи, все по местам

Последний парад наступает...

В нескольких метрах от берега под днищем в носовой части судна зашелестела галька. Корабль стал. Громко слышится команда командира: «Десант за борт!» Мы прыгаем в холодную воду и устремляемся к берегу. Нас поддерживает огонь с катеров. Атака наша была успешной. Десантники проявляли мужество и героизм за расширение плацдарма.

Я вспоминаю об особо храбрых бойцах, правда, храбрости люди учатся друг у друга, и она по себе не бывает без сомнений и страха. В бою каждый раз приходится заново быть храбрым. Вот тогда на плацдарме гитлеровцы стремились любой ценой сбросить наш десант в море. Контратаки следовали одна за другой. Так случилось и на этот раз. Пулеметчик гвардии рядовой Мехти Гулиев оказался против центра развёрнутой цепи фашистов. Это был опытный и бесстрашный пулемётчик. У Гулиева были своеобразные привычки, вернее сказать, приёмы: он обычно выжидал, когда атакующие враги подойдут, как можно ближе к его огневой позиции, чтобы бить в упор. 

Наконец, немцы подошли вплотную и его пулемёт заработал. Хорошо заработал! Десятка полтора фрицев свалилось на землю, а цепь залегла. Некоторое время Гулиев выжидал и как только гитлеровцы поднялись во весь рост, чтобы продолжить атаку, он снова открыл огонь. Вдруг рядом с Гулиевым разорвалась мина, его швырнуло в сторону.

Контуженный взрывной волной, он вскочил и бросился к своему пулемёту, но тот оказался повреждённым. Гулиев схватил винтовку. Впереди, в нескольких шагах от него бежал немец с ручным пулемётом. Гулиев, прицелившись сразил его первым выстрелом. Бросившись вперед схватил пулемёт убитого немца и тут же с открытой позиции начал вести стрельбу по наступающим врагам и вынудил их повернуть вспять.

За этот подвиг гвардии рядовому Мехти Гулиеву было присвоено звание Героя Советского Союза.

Герои были рядом с нами, как цементирующая сила. Вот, например, подвиг нашего земляка уроженца села Братковского нашего района - Павла Тарасенко. Гвардии рядовой Павел Тарасенко в числе первых высадился на Крымскую землю, ворвавшись в траншею противника, гранатой уничтожил немецкого пулемётчика, а его пулемёт повернул против гитлеровцев. Вместе с подразделением участвовал в отражении контратак. В бою получил ранение, но поле боя не покинул. Ему было поручено на господствующей высоте установить флаг, что он и сделал, и в течение двух суток вместе с товарищем удерживал высоту до подхода своей роты. В этом бою он уничтожил более двадцати фашистов. За проявленный героизм Павлу Тарасенко было присвоено высокое звание Героя Советского Союза.

На календаре 7 ноября. Пять дней и ночей мы удерживаем плацдарм. Немцы всеми силами пытаются сбросить нас в море. Мы ощущаем недостаток в патронах и продовольствии.

Море штормит. Мы получаем подмогу с воздуха. Ночью нам с самолётов сбрасывали продовольствие и боеприпасы. Прошло ещё пять дней и ночей. Море, наконец, успокоилось. Плавсредства получили возможность через Керченский пролив поставлять нам продовольствие и боеприпасы, а также новых бойцов, вместо выбывших из строя, а также эвакуировать раненных на «большую землю».

Пятнадцатого ноября в 13.00 гитлеровцы готовились к большой атаке против нас. Наши командиры решили опередить фашистов ив 12.00 в тот же день мы пошли в атаку. Для большего успеха из-за высоты, которая была сзади нас, появился имеющийся один единственный у нас танк с развевающимся на башне большим красным флагом. Немцы были в полной растерянности. Некоторые выскакивали из траншей и убегали, отстреливаясь. Некоторые не успев выскочить, бросали оружие и подняв руки, кричали: «Гитлер капут!» Помню, преследуя убегающих рядом со мной бежал санитар гвардии рядовой Кулиев со сложенными носилками. Так он, толи для потехи, толи со зла, размахивал носилками, как богатырь времён далёких, и валял свои жертвы.

Та атака для нас была очень успешной, мы продвинулись километра на три и освободили посёлок Аджимушкай (ныне посёлок Партизаны). В посёлке жителей не было, очевидно, немцы их выгнали или они ушли в партизаны в подземные катакомбы. Продвинувшись за посёлок метров на семьсот в западном направлении мы заняли оборону.

Ноябрь тысяча девятьсот сорок третьего. Мне девятнадцать.

Исполнилось десять месяцев, как я на фронте Великой Отечественной. Пошли дожди. Не уютно в окопах. Мы по прежнему в обороне у посёлка Аджимушкай. Здесь в одну из тёмных ноябрьских ночей в одиночку я захватил «языка». «Языком» оказался молодой, здоровый немец в звании ефрейтора. Он дал очень ценные сведения.

В начале января 1944 года наш полк перебросили на новое место вплотную к берегу Азовского моря западнее посёлка Осовины, где мы заняли оборону. 14 января мы пошли в разведку боем. В этом бою я был ранен в ногу, ранение было осколочным без повреждения костей. В медсанчасти осколок извлекли, сделали перевязку, укол в живот и отправили в хозчасть на «выздоровление». Плацдарм наш к этому времени значительно расширился -даже половина города Керчи уже была в наших руках. Особой активности в боевых действиях с обеих сторон не проявлялось. Можно было предположить, что с нашей стороны идёт подготовка к большому наступлению. В последних числах марта я получил серьёзную контузию и для излечения был направлен в госпиталь в город Краснодар. После излечения был направлен в 180 запасной полк, который дислоцировался в Крыму близ города Симферополь. Пробыв в этом полку 3 дня, был отправлен для дальнейшего прохождения службы в отдел контрразведки Отдельной Приморской армии, прослужив там некоторое время переведён был в управление контрразведки Таврического военного округа. Из этого учреждения в мае 1947 года был демобилизован. Таким образом в Армии я

прослужил 4 года и 3 месяца.

За участие в боевых действиях во время Великой Отечественной войны был награждён; медалью «За Отвагу», двумя орденами «Отечественная война II степени и орденом «Красная Звезда», многими памятными медалями и значками.

За несколько дней перед демобилизацией меня пригласил на собеседование генерал - начальник Управления. На беседе он предложил мне остаться в армии и послужить сверхсрочно. Он говорил, что на гражданке сейчас голод и, что есть смысл ещё послужить. В перспективе у меня было бы жильё, учёба в военном училище и дальнейшая работа в органах госбезопасности. Тем более работа была бы в областном городе Симферополе.

Для рядового солдата предложение было весьма заманчивым. И ещё в Симферополе был мединститут в котором были вечерние отделения, в которые фронтовиков принимали без вступительных экзаменов. Ещё в школьные годы я мечтал стать врачом.

Но мог ли я пойти на предложение тогда, когда в трудное, голодное время, у меня осталась дома мама с четырьмя детьми моими тремя сестричками и братиком? Естественно не мог. Поблагодарив начальника за внимание ко мне, я тактично отказался, сказав, что я тракторист и хочу выращивать хлеб. Он пожелал мне успехов в труде на гражданке.

7 мая я был уже дома, 8 мая стал на воинский учёт и устроился на работу в машинотракторной станции в качестве тракториста, а 9 мая вышел на работу. (Тогда 9 мая отмечался, как праздник, но был рабочим днём). 

Работал в той же тракторной бригаде, из которой ушёл на фронт. Бригада по-прежнему была передовой. В октябре месяце 1949 года дирекция МТС направила меня на полуторагодичные курсы механиков МТС в Адыгейскую школу механизации сельского хозяйства. После окончания курсов дирекция школы предложила мне работу инструктора производственного обучения. Я дал согласие. Так с октября 1950 года я стал учить молодёжь хлебопашеству. По семейным обстоятельствам в августе 1954 года я перевёлся на работу мастером производственного обучения в Платнировское училище, в котором проработал до ноября 1984 года. Бегущий спортсмен стремится быстрей к финишу. Старый же человек, любящий жизнь, наоборот как бы этот «финиш» отодвинуть подальше. Некоторые «знатоки» говорят и даже утверждают: «не живите прошлым, живите сегодняшним» с таким утверждением, я лично, не согласен. Как это может быть сегодняшнее без прошлого? Я, вот уже, старец, но постоянно оглядываюсь в прошлое и анализирую, как прошла моя жизнь? В результате сделал вывод - в жизни я был счастлив.

С оружием в руках защищал Родину. Прошёл по венным путям-дорогам сквозь тысячи смертей и остался жив. Это ли не счастье?!?

Честно многие годы с любовью трудился, всегда стремился делать добро людям. Никогда ни с кем не конфликтовал, уважал людей и был уважаем. Это ли не счастье?!?

Несмотря на своё сегодняшнее состояние, я люблю жизнь.

... А жизнь остаётся

Прекрасной всегда,

Хоть старишься ты

Или молод..

Мои воспоминания, как мысли вслух…

 

 М.Ф.Хилько,глава поселения Л.Н. Богославец,председатель Совета ветеранов А.М.СеренкоМ.Ф.Хилько-участник прорыва Голубой линии (1)

 

 

 

Из воспоминаний Мизина Григория Петровича...

 

DSC_3476

Мизин Григорий Петрович родился 28 января 1923 года в семье потомственных казаков в станице Платнировской Кореновского района. Гриша был седьмым ребенком в семье. Семья была дружная, работящая, вели единоличное хозяйство. Дети с малых лет трудились. В школу Гриша пошел в 1930 году на восьмом году жизни. В обучении мальчику не повезло: на Кубани сначала была украинизация, учили на украинском языке, а потом перешли на русский. Детям перестраиваться было очень тяжело. А тут подступил тяжелый 1933 год-год голода, мора людей. От голода умер отец Петр Никитович. Матери очень тяжело было поднимать своих детей. Дети и бросали учебу в школе, шли работать помогать матери Александре Андреевне. Гриша устроился рабочим в МТС, затем учеником продавца книжного магазина в городе Кореновске, а за опоздание на работу на 15 минут был уволен. Поехал в Белореченск учиться я на товароведа, работал в продуктовом магазине в станице Платнировской. С 1939 года и до самой войны работал на железной дороге.

1941 год. Началась Великая Отечественная война. Враг жесток и хорошо вооружен. Весь народ встал на защиту своей Родины. Грише исполнилось полных 17 лет. Он рвется на фронт, хотя работники железной дороги имеют бронь. В семье он единственный кормилец, отец, брат и две сестры умерли в 1933 году от голода. Мать уговаривает сына быть дома. Но он неумолим. Приходит в военкомат и просит зачислить его добровольцем на фронт, скрывая, что работает он на железной дороге. Дали сутки на сборы. Приходит домой и рассказал все деду. Дед одобрил решение внука, наливает ему стакан вина, предлагает выпить, а матери говорит: «Сохрани этот стакан, вернется твой сын, он выпьет из него за возвращение, за Победу».

Так и получилось. Всю войну прошел Григорий Петрович и вернулся домой. Всю войну мать молилась за своего единственного сыночка, ждала весточки с фронта. Переживала, когда он из-за ранения лежал в госпиталях.

Молодых новобранцев (начало 1942 года) отправили в город Армавир на обучение. В Армавире формировалась дивизия из молодых солдат. Их одели, обули, учили владеть винтовкой, автоматом, готовили к боевым действиям на

фронте. Была сформирована 197-я стрелковая дивизия, 889 полк.

Туда из военкомата направили и Григория Петровича. Через несколько месяцев поехала в Армавир мать Гриши Александра Андреевна повидаться с сыном. Болело сердце матери, уж очень молод и худ был ее сын. При встрече мать удивилась, как быстро подрос ее сын, и повзрослел. Она воскликнула: «Гриша, ты ли это?!» Сын ответил: «Да, мама, это я». Уходил из дома был маленьким, худеньким, а теперь высокий, красивый.

Из воспоминаний Г.П.Мизина: «Фронт. Меня зачислили и отправили в город Армавир. 7 марта Армавирской дивизии было вручено Красное знамя, на котором значилась 197-я стрелковая дивизия 889 полк.»

Шел 1942 год. Из Армавира полк направляют под Сталинград, где шли ожесточенные бои. Из Армавира эшелоном мы прибыли на станцию Филоново, вблизи Сталинграда,  где дали нам новое обмундирование и оружие. Нашим солдатам не хватало винтовок, патронов, автоматов, но сражались они отважно. Невероятным усилием советских солдат удавалось  если не переходить в наступление, то хотя бы не пропускать немцев дальше. После окружения и ожесточенных боев разбили фашистов и потом остатки,  под командованием Паулюса, сдались. Под Сталинградом произошел перелом войны. Это было 11 ноября 1942 года. Нашим войскам удалось сдвинуть фронт на запад. Полк, в котором служил Григорий Петрович, направили освобождать станицу Еланскую. 200 километров шли пешком днем и ночью. Солдаты засыпали на ходу. Пришлось форсировать реку Северный Донец вброд и вплавь, а река уже покрылась тонким ледком. Ни обсохнуть, ни погреться было негде, надо идти вперед. Гитлеровские стервятники обрушили бомбы на станицу, мост, паромы. В щепки превратилась переправа, горели и взрывались цистерны с горючим. Еланская лежала в развалинах. Подлинный героизм проявили воины 59-й стрелковой дивизии, где автоматчиком был Григорий Мизин. В боевой готовности делаем марш-бросок 200 километров до Вешенской. И вот мы на Дону. Саперы делают плоты из деревьев. В 3 часа ночи неожиданно для противника началось форсирование Дона. На правом берегу Дона был завоеван и прочно закреплен плацдарм глубиной до 15 километров, который был крайне необходим для развертывания дальнейших наступательных операций Сталинградского фронта. Хорошо был укреплен и левый берег Дона. Десять дней шли ожесточенные бои, где фашисты потеряли много солдат и офицеров. Около 200 гитлеровцев были взяты в плен.      Активные действия

соединений 63-й армии вынудили командование противника затормозить перегруппировку своих войск под Сталинградом и бросить часть сил против наступающих войск Красной Армии на Дону. Это несколько ослабило действия гитлеровских войск под Сталинградом. На участке обороны 889 стрелкового полка гитлеровцы от заката до рассвета вели беспорядочную автоматную стрельбу из орудий и минометов.

С начала ноября 1942 года 63-я армия стала  первой гвардейской. В командование армией вступил генерал-лейтенант Д.Д. Лелюшенко. Шла подготовка к наступлению. Вскоре  в штаб дивизии поступил приказ-обращение Верховного Совета СССР: «Товарищи бойцы и командиры! Товарищи гвардейцы! Пробил долгожданный час, сегодня мы вновь идем вперед в наступление. Мы честно выстояли и выполнили приказ Родины: «Ни шагу назад!» Мы  стойко обороняли свой рубеж и не пропустили врага через Дон.

 

Теперь приказ Родины: «Вперед!» Мы его должны выполнить с честью, самоотверженно по-гвардейски».

А законы гвардии родились в боях с армией Паулюса, и их свято придерживаются армейские гвардейцы.

Закон первый: там где наступает гвардия – враг не устоит; там где обороняется гвардия- враг не пройдет.

Закон второй: гвардеец бьется до последнего патрона. Нет патронов – кулаками, зубами цепляется за фашистскую глотку.

Закон третий: гвардейский подвиг – убить врага, а самому остаться в живых, а если гвардеец умирает, то дорого отдает свою жизнь. Смелость и отвага в крови гвардейца.

Закон четвертый: воевать по-гвардейски – значит воевать умело. Мастерски, так, чтобы из любого оружия, любыми средствами бить врага наверняка.

19 ноября в 2 часа ночи был получен сигнал к наступлению. Воины заняли исходные позиции. Утром начал сыпать снег, а потом на землю опустился туман. После артиллерийской подготовки, продолжавшейся час двадцать минут воины 889-го стрелкового полка перешли в наступление. К исходу дня наши войска заняли тактическую оборону, затем продвинулись на запад до 20 километров и освободили ряд населенных пунктов, в то же время удерживали оборону по среднему течению Дона.

Войска юго-западного и Сталинградского фронтов соединились в районе поселка Советского и тем самым завершилось окружение Сталинградской группировки противника.

197 стрелковая дивизия на правом фланге ударной группы первой гвардейской армии силами 2-го и 3-го полков 889 и 828 стрелковых полков выполнили приказ штаба армии. С 19 по 26 ноября дивизия наступала в своей полосе с рубежа Рубежской и Нижне-Кревской. Перед командованием дивизии была поставлена задача окружить и уничтожить Кружилинскую группировку противника. В ожесточенных наступательных боях, преодолевая сопротивление противника, отбивая его частые контратаки, дивизия овладела хуторами Рыбный, Нижне-Калининский и нанесла большой урон частям 11-й пехотной дивизии румын. Было уничтожено до 1000 солдат, до 100 пулеметных точек и разрушено несколько дзотов и взято в плен около 800 солдат. Части 197-й дивизии были готовы к наступлению. Прикрываясь огнем в течение ночи 19 декабря противник создавал видимость сопротивления в темноте и стремился оторваться от наших войск. Были освобождены несколько населенных пунктов. Бывший командующий армии генерал, дважды Герой Советского Союза Д.Д.Лелюшенко в своих воспоминаниях пишет: «Большую роль в Кружилинской группировке сыграл стремительный удар с северо-востока частей 197-й стрелковой дивизии, генерал-майора Запорощенко».

В сводке Совинформ  бюро было сообщение об успешном наступлении войск Красной Армии. За три дня напряженных боев продвинулись на 60-70 километров и заняли город Калач, станцию Кривомузгинскую и

перерезали железную дорогу восточнее Дона, по которой противник снабжал свои войска необходимым.

Около 6 месяцев продолжалась битва на Дону. 20 декабря 1942 года была полностью освобождена вся территория  Вешенского района. Дон был освобожден, наши войска двинулись на Украину.

3 января 1943 года за стойкость, героизм, мужество личного состава дивизия была преобразована в гвардейскую дивизию. Дивизия стала именоваться 59-й, а полк 183 –й. звание гвардейской было дано нашей дивизии заслужено. Такой значок получил и Мизин Григорий Петрович.

Сколько их было, казалось бы маленьких подвигов уже в первые дни войны? Всех не назовешь, но отдельные запомнились навсегда.

В районе села Криворожья гитлеровцы занимали выгодные рубежи, свежими силами часто переходили в контрнаступление. Во 2-ом батальоне старшего лейтенанта Землякова 889 полка во время атаки была нарушена связь, а подразделения нуждались в огневой поддержке.

Начальник штаба полка майор Т.Ф. Андрющенко приказал сержанту В.А.Титареву срочно устранить неисправность на линии. Пробираясь под сильным пулеметным огнем, разорвавшаяся мина ранила Титарева в руку и, с трудом продвигаясь, он восстановил связь, за что получил медаль «За боевые заслуги».

Свой 20-й год рождения 28 января 1943 года Григорий отметил в боях на территории восточных районов Ворошиловградской области.

 

30 января 1943 года дивизия в составе ударных групп перешла в наступление на Ворошиловград. К 9 часам 5 февраля, совершив марш из района Макаров Яр, Киевка части дивизии сосредоточились в Болотенном и к 13 часам заняли исходную позицию для наступления в излучине реки Северный Донец. К 15 часам 176 и 179 стрелковые полки скрыто переправились через Северный Донец. 183 гвардейский полк 7 февраля около 5 часов утра открыл сильный пулеметно-минометный огонь. Полк переправился через  Северный Донец. Бои за Николаевку и Лобачево не прекращались в течение суток. На рассвете 9 февраля полки возобновили боевые действия и к 13 часам в Лобачево прорвались 5 танков с автоматчиками. Когда прорвали оборону противника, автоматчики спрыгнули с танков, командир отделения указал рукой на нас троих  и крикнул: «Уничтожить пулеметную огневую точку!». Мы сразу перебежками и ползком двинулись выполнять задание. Огневая точка была уничтожена. Этим мы открыли путь для пехоты. За этот подвиг Григорий Петрович был награжден орденом Красной Звезды. Только с помощью штурмовых групп передовые подразделения пехоты к исходу 13 февраля овладели несколькими домами.

на окраине Ворошиловграда.

В течение двух месяцев шли непрерывные наступательные бои. Навсегда прославили себя 28 героев гвардейцев солдат 183 – го стрелкового полка. Солдаты: Васильев, Иванов, Шаповалов, Сосин, Мальбеков, Мишин и другие во главе с сержантом А.Г.Забегалевым первыми ворвались в авиагородок на окраине Ворошиловграда. Против наших бойцов противник бросил несколько танков и полсотни автоматчиков. Воины были окружены. Бой был неравный. К концу боя остались в живых 13 солдат. Противник потерял более половины своих автоматчиков и вынужден был отказаться от своих планов

взять в плен наших солдат.

  Григорий Петрович вспоминает, что особенно  жестокие бои были за освобождение с. Привольное, так как враг не хотел отступать на Украине. Фашисты сосредоточили здесь очень большие силы. Готовились к бою и наши войска.

В ночь на 1 мая 1943 года усиленная стрелковая рота сосредоточилась на окраине Привольного в районе леса. Начало боевых действий усиленной стрелковой роты переносилось на 5 мая. Сюда были сосредоточены лучшие воины, чтобы закрепиться и организовать прочную противотанковую оборону.

5 мая усиленная стрелковая рота и 1-й батальон гвардии капитана А.М.Попова 176 стрелкового полка овладели селом Привольным. Противник подбрасывал  резервы. Непрерывно контратакуя пехотой и группами танков, часто до 30-40 единиц, при поддержке артиллерийским и минометным огнем, с применением авиации, враг стремился ликвидировать Привольевский плацдарм «всеми силами и средствами сбросить наши подразделения с правого берега и вернуть село Привольное. В течение пяти суток шли упорные бои. Против наших подразделений гитлеровцы бросили большие силы. Потери были велики и в наших частях и у врага. Особенно ожесточенные бои были 8 мая. В этот день было отбито 17 контратак противника, поддерживаемых танками. Почти беспрерывно бомбили с самолетов. Передышки не было ни днем, ни ночью. Многократные попытки противника выбить наши части с занимаемого рубежа на Привольевском плацдарме закончились неудачей. Однако развить успех, продвинуться вперед дивизии не удалось, но она закрепила свои позиции.

В боях за село Привольное родилась песня неизвестного автора, которая была напечатана в дивизионной газете «Победа за нами» 26 июня 1943 года.

Над высокою горою

На украинской земле

Там раскинулся Привольный

Хуторочек на Донце

Над Привольным тучи вьются,

Гром гремит, а дождь не льет,

Это клубы дыма с пылью,

Это жаркий бой идет.

Много мы в боях бывали

За два года на войне,

Но таких мы не встречали,

Как в Привольном на Донце.

Нету там такого места,

Чтоб не рвался там снаряд…

Кругом дым и шум осколков…

Пули сыпались как град.

У развалин старой школы

Самый жаркий был там бой,

Там сражался с группой немцев

Автоматчик молодой.

Незнакомого танкиста

Не забудем храбреца,

Он в горящем танке бился

До последнего конца.

Этой славой и победой

Пусть гордится вся страна!

Грудь Андреева комбата

Украшали ордена.

Бой был жаркий и нелегкий.

Не сдавался лютый враг

А наутро над Привольным

Развевался алый флаг

Наши войска перешли в наступление, освобождая Украину.

И вот Донбасс. Всесоюзной кочегаркой называли его советские люди. Крупный промышленный район долгое время был оккупирован врагом. С большим нетерпением жители ждали прихода советских войск, они помогали нашим войскам приблизить свое освобождение. Среди солдат и даже офицеров гитлеровской армии проявлялось паническое настроение. Многие сдавались в плен, опасаясь погибнуть, если советские войска окружат их в Донбассе. Наши войска стали освобождать города Украины: Лисичанск, Краматорск, Запорожье и другие.

Ликвидация Никопольского плацдарма. Жаркий сентябрь 1943 года. Именно в эти дни освобождены Александровка и ряд других населенных пунктов. Дивизия продолжала продвигаться к Днестру в направлении на Запорожье .

10 октября 176 и 183 полки после прорыва тактической глубины обороны противника были внезапно атакованы противником. На второй день после двадцати минутной подготовки наступление возобновилось. К исходу 14 октября Запорожье было полностью очищено от гитлеровцев. За прорыв сильно укрепленной оборонительной полосы противника и участие в освобождении города Запорожье от немецко-фашистских захватчиков Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 октября 1943 года гвардейская стрелковая дивизия была награждена орденом Красного Знамени. Всему личному составу объявлена благодарность. В боях за село Балки 183-й полк понес большие потери и не мог продвигаться вперед. Чтобы изменить положение командир полка ввел в бой резерв роту автоматчиков. Развернувшись в цепь с криком: «Ура!», сломили сопротивление противника. В этом бою, 2 ноября,  Мизин Г.П. был ранен пулевое ранение в правую голень. Это  было  первое пулевое ранение.

После излечения в госпитале попал в артиллерийский полк.

И снова передовая. Начались бои за освобождение Молдавии.  Здесь Григорий Петрович был снова тяжело ранен в голову, выбиты все зубы. Долго лежал в военном госпитале, но надо добивать врага. Выйдя из госпиталя, попадает в кавалерию. Так решили в штабе: кубанский казак управлять лошадью умеет. И вновь фронтовые дороги. Но лошадь не радовала казака. Ее надо кормить, поить и охранять в минуты отдыха. Кавалерийский полк входит в Польшу. Недолго пришлось воевать на коне, опять ранение. Осколком мины вырвало большой кусок мякоти из голени левой ноги. Опять госпиталь, снова лечение. Три раза Григорий Петрович был ранен, но волею судьбы остался жив. А сколько погибло его товарищей в боях за любимую Родину. Он не может говорить об этом без слез. Воспоминания  о военных годах тревожат душу ветерана, но говорить об этом он может часами. Со слезами на глазах рассказывает, как в Польше попали на территорию концлагеря. Кругом бараки, бараки, сколько видел глаз. Они полностью обмотаны колючей проволокой. Даже просто человек не может там пролезть, не говоря уже о побеге.

Зашли в крематорий. Смотрим из печи что-то выгребают. Оказалось, это вставные стальные зубы. Трехметровые кучи зубов! Вот все, что осталось от заживо сожженных людей» - рассказывает Мизин Григорий Петрович.

Светлый День Победы Григорий Петрович встретил в Польше в госпитале. Навсегда запомнилось и другое. Четыре тяжелых неимоверно долгих военных года. Первые отступления и в сводках Совинформ бюро: « … с боями оставили…». А потом первое крупное Смоленское сражение поставило гитлеровское командование перед фактом необходимости перехода к обороне. Наши войска наступали.

В ходе наступательных операций Красная Армия освободила не только временно оккупированную территорию Советского Союза, но и многие народы Западной Европы. Вооруженные Силы СССР принесли им долгожданный мир и независимость.

Закончилась война, но солдат не сразу возвращается к мирному труду. Он опять добровольцем пошел служить в Черноморский военный флот по охране водных границ -матросом. Это была 1-я Севастопольская краснознаменная

 бригада подводных лодок, плавбаза, которая обеспечивала подводные лодки всем необходимым. Здесь он прослужил 2 года в звании уже старшего матроса. Обнаружив у Григория Петровича музыкальные способности, переводят его в учебный отряд Черноморского флота в городе Севастополе музыкантом в духовой оркестр, где еще прослужил год.

Только 6 марта 1948 года, ровно через 6 лет после начала армейской службы, он был демобилизован.

Гражданская жизнь началась с учебы на шофера. Возил свеклу на Кореновский сахарный завод, не отказывался ни от каких рейсов. А через 4 года поступил на службу в МВД, которая продлилась 25 лет, до  самого выхода на пенсию.

За свой многолетний добросовестный труд имеет звание «Ветеран труда», множество наград и поощрений.

Сейчас Григорий Петрович отдыхает от ратных и трудовых

дел, но военные годы глубоко засели в сердце ветерана. Годы идут, жизнь продолжается, ветеранов остается все меньше и меньше. В былые годы воины фронтовики организовывали встречи, делились воспоминаниями.

Об одной из таких встреч в станице Вешенской вспоминает Григорий Петрович. Он был туда приглашен вместе со своим земляком, также ветераном 59-й гвардейской дивизии - бывшим минометчиком Константином Ивановичем Белокуровым.

Долго смотрели они на возрожденные хутора, на цветущую широко известную станицу. Огромная радость встречи! Торжественное чествование воинов-ветеранов. А сколько воспоминаний!

28 января 2013 года  Григорию Петровичу исполнится 90 лет, но он еще молод душой и телом. Энергичный, жизнерадостный, по утрам делает зарядку, использует элементы йоги, дыхательной гимнастики, свободно приседает, отжимается.

Большую военно-патриотическую работу ведет с молодежью, выступая в училищах, школах. В беседах призывает вести здоровый образ жизни, выполнять свой долг перед родителями, уважать стариков, любить свою Родину.

Сам Григорий Петрович не зря прожил такую большую жизнь. У него двое детей, пять внуков и четверо правнуков. Все его дети и внуки на правильном жизненном пути, очень любят своего папу и дедушку, заботятся о нем.

Мизин Григорий Петрович родился 28 января 1923 года в семье потомственных казаков в станице Платнировской Кореновского района. Гриша был седьмым ребенком в семье. Семья была дружная, работящая, вели единоличное хозяйство. Дети с малых лет трудились. В школу Гриша пошел в 1930 году на восьмом году жизни. В обучении мальчику не повезло: на Кубани сначала была украинизация, учили на украинском языке, а потом перешли на русский. Детям перестраиваться было очень тяжело. А тут подступил тяжелый 1933 год-год голода, мора людей. От голода умер отец Петр Никитович. Матери очень тяжело было поднимать своих детей. Дети и бросали учебу в школе, шли работать помогать матери Александре Андреевне. Гриша устроился рабочим в МТС, затем учеником продавца книжного магазина в городе Кореновске, а за опоздание на работу на 15 минут был уволен. Поехал в Белореченск учиться я на товароведа, работал в продуктовом магазине в станице Платнировской. С 1939 года и до самой войны работал на железной дороге.

1941 год. Началась Великая Отечественная война. Враг жесток и хорошо вооружен. Весь народ встал на защиту своей Родины. Грише исполнилось полных 17 лет. Он рвется на фронт, хотя работники железной дороги имеют бронь. В семье он единственный кормилец, отец, брат и две сестры умерли в 1933 году от голода. Мать уговаривает сына быть дома. Но он неумолим. Приходит в военкомат и просит зачислить его добровольцем на фронт, скрывая, что работает он на железной дороге. Дали сутки на сборы. Приходит домой и рассказал все деду. Дед одобрил решение внука, наливает ему стакан вина, предлагает выпить, а матери говорит: «Сохрани этот стакан, вернется твой сын, он выпьет из него за возвращение, за Победу».

Так и получилось. Всю войну прошел Григорий Петрович и вернулся домой. Всю войну мать молилась за своего единственного сыночка, ждала весточки с фронта. Переживала, когда он из-за ранения лежал в госпиталях.

Молодых новобранцев (начало 1942 года) отправили в город Армавир на обучение. В Армавире формировалась дивизия из молодых солдат. Их одели, обули, учили владеть винтовкой, автоматом, готовили к боевым действиям на

фронте. Была сформирована 197-я стрелковая дивизия, 889 полк.

Туда из военкомата направили и Григория Петровича. Через несколько месяцев поехала в Армавир мать Гриши Александра Андреевна повидаться с сыном. Болело сердце матери, уж очень молод и худ был ее сын. При встрече мать удивилась, как быстро подрос ее сын, и повзрослел. Она воскликнула: «Гриша, ты ли это?!» Сын ответил: «Да, мама, это я». Уходил из дома был маленьким, худеньким, а теперь высокий, красивый.

Из воспоминаний Г.П.Мизина: «Фронт. Меня зачислили и отправили в город Армавир. 7 марта Армавирской дивизии было вручено Красное знамя, на котором значилась 197-я стрелковая дивизия 889 полк.»

Шел 1942 год. Из Армавира полк направляют под Сталинград, где шли ожесточенные бои. Из Армавира эшелоном мы прибыли на станцию Филоново, вблизи Сталинграда,  где дали нам новое обмундирование и оружие. Нашим солдатам не хватало винтовок, патронов, автоматов, но сражались они отважно. Невероятным усилием советских солдат удавалось  если не переходить в наступление, то хотя бы не пропускать немцев дальше. После окружения и ожесточенных боев разбили фашистов и потом остатки,  под командованием Паулюса, сдались. Под Сталинградом произошел перелом войны. Это было 11 ноября 1942 года. Нашим войскам удалось сдвинуть фронт на запад. Полк, в котором служил Григорий Петрович, направили освобождать станицу Еланскую. 200 километров шли пешком днем и ночью. Солдаты засыпали на ходу. Пришлось форсировать реку Северный Донец вброд и вплавь, а река уже покрылась тонким ледком. Ни обсохнуть, ни погреться было негде, надо идти вперед. Гитлеровские стервятники обрушили бомбы на станицу, мост, паромы. В щепки превратилась переправа, горели и взрывались цистерны с горючим. Еланская лежала в развалинах. Подлинный героизм проявили воины 59-й стрелковой дивизии, где автоматчиком был Григорий Мизин. В боевой готовности делаем марш-бросок 200 километров до Вешенской. И вот мы на Дону. Саперы делают плоты из деревьев. В 3 часа ночи неожиданно для противника началось форсирование Дона. На правом берегу Дона был завоеван и прочно закреплен плацдарм глубиной до 15 километров, который был крайне необходим для развертывания дальнейших наступательных операций Сталинградского фронта. Хорошо был укреплен и левый берег Дона. Десять дней шли ожесточенные бои, где фашисты потеряли много солдат и офицеров. Около 200 гитлеровцев были взяты в плен.      Активные действия

соединений 63-й армии вынудили командование противника затормозить перегруппировку своих войск под Сталинградом и бросить часть сил против наступающих войск Красной Армии на Дону. Это несколько ослабило действия гитлеровских войск под Сталинградом. На участке обороны 889 стрелкового полка гитлеровцы от заката до рассвета вели беспорядочную автоматную стрельбу из орудий и минометов.

С начала ноября 1942 года 63-я армия стала  первой гвардейской. В командование армией вступил генерал-лейтенант Д.Д. Лелюшенко. Шла подготовка к наступлению. Вскоре  в штаб дивизии поступил приказ-обращение Верховного Совета СССР: «Товарищи бойцы и командиры! Товарищи гвардейцы! Пробил долгожданный час, сегодня мы вновь идем вперед в наступление. Мы честно выстояли и выполнили приказ Родины: «Ни шагу назад!» Мы  стойко обороняли свой рубеж и не пропустили врага через Дон.

 

Теперь приказ Родины: «Вперед!» Мы его должны выполнить с честью, самоотверженно по-гвардейски».

А законы гвардии родились в боях с армией Паулюса, и их свято придерживаются армейские гвардейцы.

Закон первый: там где наступает гвардия – враг не устоит; там где обороняется гвардия- враг не пройдет.

Закон второй: гвардеец бьется до последнего патрона. Нет патронов – кулаками, зубами цепляется за фашистскую глотку.

Закон третий: гвардейский подвиг – убить врага, а самому остаться в живых, а если гвардеец умирает, то дорого отдает свою жизнь. Смелость и отвага в крови гвардейца.

Закон четвертый: воевать по-гвардейски – значит воевать умело. Мастерски, так, чтобы из любого оружия, любыми средствами бить врага наверняка.

19 ноября в 2 часа ночи был получен сигнал к наступлению. Воины заняли исходные позиции. Утром начал сыпать снег, а потом на землю опустился туман. После артиллерийской подготовки, продолжавшейся час двадцать минут воины 889-го стрелкового полка перешли в наступление. К исходу дня наши войска заняли тактическую оборону, затем продвинулись на запад до 20 километров и освободили ряд населенных пунктов, в то же время удерживали оборону по среднему течению Дона.

Войска юго-западного и Сталинградского фронтов соединились в районе поселка Советского и тем самым завершилось окружение Сталинградской группировки противника.

197 стрелковая дивизия на правом фланге ударной группы первой гвардейской армии силами 2-го и 3-го полков 889 и 828 стрелковых полков выполнили приказ штаба армии. С 19 по 26 ноября дивизия наступала в своей полосе с рубежа Рубежской и Нижне-Кревской. Перед командованием дивизии была поставлена задача окружить и уничтожить Кружилинскую группировку противника. В ожесточенных наступательных боях, преодолевая сопротивление противника, отбивая его частые контратаки, дивизия овладела хуторами Рыбный, Нижне-Калининский и нанесла большой урон частям 11-й пехотной дивизии румын. Было уничтожено до 1000 солдат, до 100 пулеметных точек и разрушено несколько дзотов и взято в плен около 800 солдат. Части 197-й дивизии были готовы к наступлению. Прикрываясь огнем в течение ночи 19 декабря противник создавал видимость сопротивления в темноте и стремился оторваться от наших войск. Были освобождены несколько населенных пунктов. Бывший командующий армии генерал, дважды Герой Советского Союза Д.Д.Лелюшенко в своих воспоминаниях пишет: «Большую роль в Кружилинской группировке сыграл стремительный удар с северо-востока частей 197-й стрелковой дивизии, генерал-майора Запорощенко».

В сводке Совинформ  бюро было сообщение об успешном наступлении войск Красной Армии. За три дня напряженных боев продвинулись на 60-70 километров и заняли город Калач, станцию Кривомузгинскую и

перерезали железную дорогу восточнее Дона, по которой противник снабжал свои войска необходимым.

Около 6 месяцев продолжалась битва на Дону. 20 декабря 1942 года была полностью освобождена вся территория  Вешенского района. Дон был освобожден, наши войска двинулись на Украину.

3 января 1943 года за стойкость, героизм, мужество личного состава дивизия была преобразована в гвардейскую дивизию. Дивизия стала именоваться 59-й, а полк 183 –й. звание гвардейской было дано нашей дивизии заслужено. Такой значок получил и Мизин Григорий Петрович.

Сколько их было, казалось бы маленьких подвигов уже в первые дни войны? Всех не назовешь, но отдельные запомнились навсегда.

В районе села Криворожья гитлеровцы занимали выгодные рубежи, свежими силами часто переходили в контрнаступление. Во 2-ом батальоне старшего лейтенанта Землякова 889 полка во время атаки была нарушена связь, а подразделения нуждались в огневой поддержке.

Начальник штаба полка майор Т.Ф. Андрющенко приказал сержанту В.А.Титареву срочно устранить неисправность на линии. Пробираясь под сильным пулеметным огнем, разорвавшаяся мина ранила Титарева в руку и, с трудом продвигаясь, он восстановил связь, за что получил медаль «За боевые заслуги».

Свой 20-й год рождения 28 января 1943 года Григорий отметил в боях на территории восточных районов Ворошиловградской области.

 

30 января 1943 года дивизия в составе ударных групп перешла в наступление на Ворошиловград. К 9 часам 5 февраля, совершив марш из района Макаров Яр, Киевка части дивизии сосредоточились в Болотенном и к 13 часам заняли исходную позицию для наступления в излучине реки Северный Донец. К 15 часам 176 и 179 стрелковые полки скрыто переправились через Северный Донец. 183 гвардейский полк 7 февраля около 5 часов утра открыл сильный пулеметно-минометный огонь. Полк переправился через  Северный Донец. Бои за Николаевку и Лобачево не прекращались в течение суток. На рассвете 9 февраля полки возобновили боевые действия и к 13 часам в Лобачево прорвались 5 танков с автоматчиками. Когда прорвали оборону противника, автоматчики спрыгнули с танков, командир отделения указал рукой на нас троих  и крикнул: «Уничтожить пулеметную огневую точку!». Мы сразу перебежками и ползком двинулись выполнять задание. Огневая точка была уничтожена. Этим мы открыли путь для пехоты. За этот подвиг Григорий Петрович был награжден орденом Красной Звезды. Только с помощью штурмовых групп передовые подразделения пехоты к исходу 13 февраля овладели несколькими домами.

на окраине Ворошиловграда.

В течение двух месяцев шли непрерывные наступательные бои. Навсегда прославили себя 28 героев гвардейцев солдат 183 – го стрелкового полка. Солдаты: Васильев, Иванов, Шаповалов, Сосин, Мальбеков, Мишин и другие во главе с сержантом А.Г.Забегалевым первыми ворвались в авиагородок на окраине Ворошиловграда. Против наших бойцов противник бросил несколько танков и полсотни автоматчиков. Воины были окружены. Бой был неравный. К концу боя остались в живых 13 солдат. Противник потерял более половины своих автоматчиков и вынужден был отказаться от своих планов

взять в плен наших солдат.

  Григорий Петрович вспоминает, что особенно  жестокие бои были за освобождение с. Привольное, так как враг не хотел отступать на Украине. Фашисты сосредоточили здесь очень большие силы. Готовились к бою и наши войска.

В ночь на 1 мая 1943 года усиленная стрелковая рота сосредоточилась на окраине Привольного в районе леса. Начало боевых действий усиленной стрелковой роты переносилось на 5 мая. Сюда были сосредоточены лучшие воины, чтобы закрепиться и организовать прочную противотанковую оборону.

5 мая усиленная стрелковая рота и 1-й батальон гвардии капитана А.М.Попова 176 стрелкового полка овладели селом Привольным. Противник подбрасывал  резервы. Непрерывно контратакуя пехотой и группами танков, часто до 30-40 единиц, при поддержке артиллерийским и минометным огнем, с применением авиации, враг стремился ликвидировать Привольевский плацдарм «всеми силами и средствами сбросить наши подразделения с правого берега и вернуть село Привольное. В течение пяти суток шли упорные бои. Против наших подразделений гитлеровцы бросили большие силы. Потери были велики и в наших частях и у врага. Особенно ожесточенные бои были 8 мая. В этот день было отбито 17 контратак противника, поддерживаемых танками. Почти беспрерывно бомбили с самолетов. Передышки не было ни днем, ни ночью. Многократные попытки противника выбить наши части с занимаемого рубежа на Привольевском плацдарме закончились неудачей. Однако развить успех, продвинуться вперед дивизии не удалось, но она закрепила свои позиции.

В боях за село Привольное родилась песня неизвестного автора, которая была напечатана в дивизионной газете «Победа за нами» 26 июня 1943 года.

Над высокою горою

На украинской земле

Там раскинулся Привольный

Хуторочек на Донце

Над Привольным тучи вьются,                               image018

Гром гремит, а дождь не льет,

Это клубы дыма с пылью,

Это жаркий бой идет.

Много мы в боях бывали

За два года на войне,

Но таких мы не встречали,

Как в Привольном на Донце.

Нету там такого места,

Чтоб не рвался там снаряд…

Кругом дым и шум осколков…

Пули сыпались как град.

У развалин старой школы

Самый жаркий был там бой,

Там сражался с группой немцев

Автоматчик молодой.

Незнакомого танкиста

Не забудем храбреца,

Он в горящем танке бился

До последнего конца.

Этой славой и победой

Пусть гордится вся страна!

Грудь Андреева комбата

Украшали ордена.

Бой был жаркий и нелегкий.

Не сдавался лютый враг

А наутро над Привольным

Развевался алый флаг

Наши войска перешли в наступление, освобождая Украину.

И вот Донбасс. Всесоюзной кочегаркой называли его советские люди. Крупный промышленный район долгое время был оккупирован врагом. С большим нетерпением жители ждали прихода советских войск, они помогали нашим войскам приблизить свое освобождение. Среди солдат и даже офицеров гитлеровской армии проявлялось паническое настроение. Многие сдавались в плен, опасаясь погибнуть, если советские войска окружат их в Донбассе. Наши войска стали освобождать города Украины: Лисичанск, Краматорск, Запорожье и другие.

Ликвидация Никопольского плацдарма. Жаркий сентябрь 1943 года. Именно в эти дни освобождены Александровка и ряд других населенных пунктов. Дивизия продолжала продвигаться к Днестру в направлении на Запорожье .

10 октября 176 и 183 полки после прорыва тактической глубины обороны противника были внезапно атакованы противником. На второй день после двадцати минутной подготовки наступление возобновилось. К исходу 14 октября Запорожье было полностью очищено от гитлеровцев. За прорыв сильно укрепленной оборонительной полосы противника и участие в освобождении города Запорожье от немецко-фашистских захватчиков Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 октября 1943 года гвардейская стрелковая дивизия была награждена орденом Красного Знамени. Всему личному составу объявлена благодарность. В боях за село Балки 183-й полк понес большие потери и не мог продвигаться вперед. Чтобы изменить положение командир полка ввел в бой резерв роту автоматчиков. Развернувшись в цепь с криком: «Ура!», сломили сопротивление противника. В этом бою, 2 ноября,  Мизин Г.П. был ранен пулевое ранение в правую голень. Это  было  первое пулевое ранение.

После излечения в госпитале попал в артиллерийский полк.

И снова передовая. Начались бои за освобождение Молдавии.  Здесь Григорий Петрович был снова тяжело ранен в голову, выбиты все зубы. Долго лежал в военном госпитале, но надо добивать врага. Выйдя из госпиталя, попадает в кавалерию. Так решили в штабе: кубанский казак управлять лошадью умеет. И вновь фронтовые дороги. Но лошадь не радовала казака. Ее надо кормить, поить и охранять в минуты отдыха. Кавалерийский полк входит в Польшу. Недолго пришлось воевать на коне, опять ранение. Осколком мины вырвало большой кусок мякоти из голени левой ноги. Опять госпиталь, снова лечение. Три раза Григорий Петрович был ранен, но волею судьбы остался жив. А сколько погибло его товарищей в боях за любимую Родину. Он не может говорить об этом без слез. Воспоминания  о военных годах тревожат душу ветерана, но говорить об этом он может часами. Со слезами на глазах рассказывает, как в Польше попали на территорию концлагеря. Кругом бараки, бараки, сколько видел глаз. Они полностью обмотаны колючей проволокой. Даже просто человек не может там пролезть, не говоря уже о побеге.

Зашли в крематорий. Смотрим из печи что-то выгребают. Оказалось, это вставные стальные зубы. Трехметровые кучи зубов! Вот все, что осталось от заживо сожженных людей» - рассказывает Мизин Григорий Петрович.

Светлый День Победы Григорий Петрович встретил в Польше в госпитале. Навсегда запомнилось и другое. Четыре тяжелых неимоверно долгих военных года. Первые отступления и в сводках Совинформ бюро: « … с боями оставили…». А потом первое крупное Смоленское сражение поставило гитлеровское командование перед фактом необходимости перехода к обороне. Наши войска наступали.

В ходе наступательных операций Красная Армия освободила не только временно оккупированную территорию Советского Союза, но и многие народы Западной Европы. Вооруженные Силы СССР принесли им долгожданный мир и независимость.

Закончилась война, но солдат не сразу возвращается к мирному труду. Он опять добровольцем пошел служить в Черноморский военный флот по охране водных границ -матросом. Это была 1-я Севастопольская краснознаменная

 бригада подводных лодок, плавбаза, которая обеспечивала подводные лодки всем необходимым. Здесь он прослужил 2 года в звании уже старшего матроса. Обнаружив у Григория Петровича музыкальные способности, переводят его в учебный отряд Черноморского флота в городе Севастополе музыкантом в духовой оркестр, где еще прослужил год.

Только 6 марта 1948 года, ровно через 6 лет после начала армейской службы, он был демобилизован.

Гражданская жизнь началась с учебы на шофера. Возил свеклу на Кореновский сахарный завод, не отказывался ни от каких рейсов. А через 4 года поступил на службу в МВД, которая продлилась 25 лет, до  самого выхода на пенсию.

За свой многолетний добросовестный труд имеет звание «Ветеран труда», множество наград и поощрений.

Сейчас Григорий Петрович отдыхает от ратных и трудовых

дел, но военные годы глубоко засели в сердце ветерана. Годы идут, жизнь продолжается, ветеранов остается все меньше и меньше. В былые годы воины фронтовики организовывали встречи, делились воспоминаниями.

Об одной из таких встреч в станице Вешенской вспоминает Григорий Петрович. Он был туда приглашен вместе со своим земляком, также ветераном 59-й гвардейской дивизии - бывшим минометчиком Константином Ивановичем Белокуровым.

Долго смотрели они на возрожденные хутора, на цветущую широко известную станицу. Огромная радость встречи! Торжественное чествование воинов-ветеранов. А сколько воспоминаний!

28 января 2013 года  Григорию Петровичу исполнится 90 лет, но он еще молод душой и телом. Энергичный, жизнерадостный, по утрам делает зарядку, использует элементы йоги, дыхательной гимнастики, свободно приседает, отжимается.

Большую военно-патриотическую работу ведет с молодежью, выступая в училищах, школах. В беседах призывает вести здоровый образ жизни, выполнять свой долг перед родителями, уважать стариков, любить свою Родину.

Сам Григорий Петрович не зря прожил такую большую жизнь. У него двое детей, пять внуков и четверо правнуков. Все его дети и внуки на правильном жизненном пути, очень любят своего папу и дедушку, заботятся о нем.

 

 

 1870349

 

Петр Григорьевич Бухлеева-человек необычной судьбы...

image008

 

Бережно хранится в школьном музее МОБУ СОШ № 25  под стеклом китель, увешанный боевыми и юбилейными наградами, Петра Григорьевича Бухлеева – человека необычной судьбы.

 

34 года проработал Петр Григорьевич педагогом. В школьном музее хранятся его фотографии военных лет, фронто­вые заметки, статьи и да­же похоронка.

Родился Петр Григорь­евич в большой семье: за обедом сразу подавали восемь ложек. Мать с отцом, глядя на то, как малышня дружно орудует за столом, радовались; хорошая, дружная подмо­га растет родителям.

Юношей Петр мечтал стать летчиком, как Чка­лов, или полярником, как челюскинцы. Для этого нужно быть физически крепким и иметь отлич­ную физическую подгото­вку. Для начала решил пойти учиться в физкуль­турный техникум.

Три года учебы проле­тели незаметно. Молодого педагога направили пре­подавать любимый пред­мет.

Поработал немного - призвали в Красную Армию. А вскоре фашис­ты напали на нашу Роди­ну. Началась Великая Отечественная война.

В сентябре сорок пер­вого года молодой боец в составе танковой части отбивал у гитлеровцев внезапно захваченный ими город Ростов-на-Дону. Из коротеньких, до боли до­рогих ему материнских писем Петр узнал, что, кроме него, один за дру­гим ушли на фронт отец Григорий

Васильевич, че­тыре брата и две сестры. Дома осталась одна мать, изрядно хлебнувшая горя. В октябре 1941-го приш­ла ей похоронка на мужа, следом — еще одна, где каждое слово острой стрелой пронзало матери­нское сердце: «Ваш сын Петр Григорьевич Бухле­ев, - шептали

бледные губы Софьи Матвеевны,— верный воинской присяге, в боях за социалистиче­скую Родину, проявив му­жество и героизм, пал смертью храбрых 2 дека­бря 1941 года в бою под станцией Самбек Ростов­ской области. Похоронен в братской могиле под се­лом Курлацким».

Но, Бухлееву не сужде­но было преждевременно попасть в могилу.

А   было   вот  что. В том страшном бою под станцией Самбек Петр Григорьевич Бухле­ев действительно был тя­жело ранен в голову, по­терял много крови и на­ходился в шоковом состо­янии. Едва затих бой, его товарищ, видевший, как Петр рухнул, осторожно подполз к другу. Прижи­маясь к голой каменистой земле, он торопливо ос­мотрел неподвижное тело, лежавшее среди десятков павших  героев, и решил, что друг мертв. Из кар­манчика его брюк достал солдатский медальон с домашним адресом, чтобы потом передать его в штаб.

Когда на поле боя при­шли санитары, чтобы по­добрать тела погибших во­инов, Бухлеева там уже не было.Очнувшись, он пополз, не сознавая, куда, лишь бы двигаться, лишь бы не замерзнуть. Его за­метили солдаты соседне­го подразделения, подоб­рали и отправили в гос­питаль.

Так Бухлеев ока­зался в списках похоро­ненных.

Крепкий натренирован­ный организм победил смерть. Рана вскоре за­жила, и храбрый воин снова прибыл на передо­вую. И опять бои с врагом. Теперь они шли на Северном Кавказе.

 

Пусть время стремительно мчится вперед

И в новом столетье планета живет,

Но память Ваш подвиг навек сохранит.

Ничто не забыто! Никто не забыт!

 

Приш­лось нырять за катушками. Стоя в воде, снимал изо­ляцию. Вырвал два зуба, но даже не почувствовал боли.

Как  его вытащили из  ледяной купели и  спа­сли,  не помнит.

Орден Красной Звезды отважному солдату вручил командир бригады Герой Советского Союза Александр Алексеевич Голова­чев.

Война для Т. П. Шоста­ка закончилась недалеко от Праги. Пошли разгово­ры и мечты о мирной жи­зни. Не давали покоя и воспоминания о пережи­том. Всех особенно опеча­лила гибель «бати» — ком­брига А.А.Головачева. Его те­ло и боевое знамя вынес­ли, прорвав окружение ощерившихся фашистов. От бригады осталось 68 человек. Оторопь взяла и тогда, когда платнировец увидел наших девушек, вы­зволенных из плена. С то­го дня его нестерпимо по­тянуло на родную Кубань.

Во время отпуска в 1948 году в милой сердцу станице он познакомился с замечательной девуш­кой. Аннушка пообещала ждать и сдержала слово.

11 апреля 1950 года сол­дат Тимофей Шостак де­мобилизовался, а 1 мая они с Аннушкой сыграли свадьбу и прожили много лет вместе.

 

В День Победы вспо­мним всех, кто не дожил до этого дня, и поклоним­ся в пояс тем, кто, пройдя войну, чудом уцелел и жи­вет среди нас.

 

В   последние  дни   апре­ля 1944 года гитлеровцы перешли в контратаку. Советские воины стойко обороняли занятые рубе­жи. Но враг продолжал наступать. Проявив муже­ство и героизм, умирали бойцы и командиры. По­гиб и комбат. Командова­ние батальоном принял на себя парторг Бухлеев.

- Держись, Бухлеев! Родина не забудет твоих заслуг, — приказал ему генерал-лейтенант Суха­нов.

 - Есть   держаться!   -ответил   тот.

Оценив обстановку, Бухлеев появился на са­мом трудном участке правого фланга и с возгла­сом «За любимую Роди­ну!» бросился вперед, ув­лекая за собой все под­разделение. Завязалась короткая жестокая схват­ка. Результат боя: истре­блено до роты гитлеров­цев. Атака отбита. Фаши­сты отступили.

За этот бой генерал-лейтенант Суханов собст­венноручно прикрепил к гимнастерке отважного парторга Бухлеева орден Красной Звезды.

— Этот бой, мне запомнился на всю жизнь. Я потерял в нем самых лучших друзей. Давно это было, а сердце по-прежнему болит - рассказывал Петр Григорьевич. Это про таких как Бухлеев поэт Ва­дим Шефнер написал:

  На   нас   до   сих   пор военные  сны,

 Как   пулеметы наведены -                                                               

 И   дышится   трудно, и   ночь   длинна -  

 Камнем на сердце лежит война.

Старый учитель рассказывал и всегда на глазах его появ­лялись слезы. Очень трудно ему было

  говорить о погибших, о том суровом времени, о том, что тре­вожило фронтовика. А пережито было ох как много.

Боевой путь П.Г.Бухлеева лежал через Бессарабию и Мол­давию, Румынию, Болга­рию и Австрию.

К концу войны грудь П. Бухлеева украшали два ордена и шесть медалей, в числе которых были «За боевые заслуги», «За оборону Ка­вказа», «За освобождение Белграда».

Демобилизовавшись из армии, Петр Григорьевич снова вернул­ся к мирной и благород­ной профессии учителя.

 

image014

 

 

                                   Степан Григорьевич Горбенко

 

image017 Еще один наш заслуженный земляк – ветеран Степан Григорьевич Горбенко. Он наш, станичный. За плечами у него, ветерана Великой Отечественной войны, большой жизненный путь.

Трудиться, как и подавляющее большинство его сверстников, начал рано с 14 лет в колхозе «Красный пограничник» пахал быками землю, сеял, косил, потом молотил зерно, уча­ствовал в вывозе собранного урожая на элеватор. Ма­шин было мало, обходились подводы.

И, конечно, на его долю выпало воевать, защищать свою Родину. В армию призвали в апреле 1943 года, ушел на фронт бить проклятого врага безусым юношей.  Шел  Степану Горбенко тогда семнадцатый год.

К тому времени, пока новобранцев  немного подучили и направили на фронт, советские войска в основном вели бои за пределами своей страны, освобождая от фашистского порабощения народы других государств.

Фашисты уже не были так уверены в своей могущественности, поэтому злее были вдвойне. Каждый укрепленный пункт приходилось брать

 ценой значительный потерь, но гнали фашистов с захваченных земель

теперь уже безостановочно. Боевое крещение Степан Григорьевич получил на Сандомирском плацдарме, участвовал в форсировании Одера. В феврале  победного 1945 года его полк громил немцев на их территории.

Наиболее памятны бои на территории Германии в апреле 1945 года.  Полк, в котором воевал Степан Григорьевич, с тяжелыми, кровопролитными боями приближался к сильно укрепленному  стратегическому пункту – городу Дрездену. Наши части окружили    город, однако не могли овладеть им.   Большое скопление сил, хорошее вооружение позволило фашистам    отчаянно сопротивлялись  даже после того, как город был окружен. На помощь пехоте пришли артиллерия и авиация – более четырех часов те вели  огонь по передовым позициям врага.                                                        

Это привело фашистов в шоковое            состояние, и они не выдержали, дрогнули. Их первый оборонительный  рубеж был смят.

Когда полк Степана Григорьевича Горбенко начал наступление, немцы не оказали  никакого сопротивления вплоть до второй     оборонительной линии, находившейся в 10    километрах от первой. Второй  батальон,              увлекшись наступлением,   оторвался от других подразделений, зашел в тыл к немцам. Связь  с   ним     прервалась.  Создалась угроза окружения   батальона. Чтобы спасти наших отважных бойцов, командиры решили, во что бы то ни стало, восстановить связь.

других подразделений, зашел в тыл к немцам. Связь  с   ним     прервалась.  Создалась угроза окружения   батальона.

Чтобы спасти наших отважных бойцов, командиры решили, во что бы то ни стало, восстановить связь. На это ответственейшее дело командир   полка направил  четверых    добровольцев. Среди   них  был   и Степан Григорьевич Горбенко.

Нагрузившись катушками  с   проводами,  медленно,   под непрекращающимся минометным огнем  противника, бойцы пошли вперед. Целый день под постоянным минным обстрелом искали бойцы по обрывкам проводов батальон. Трое боевых друзей, Степана Григорьевича погибли, добраться до цели довелось лишь ему одному. Связь со вторым батальоном удалось наладить и ликвидировать угрозу его окружения.                                  

 

За выполнение ответственного задания Степану Григорьевичу вручили Орден Красной Звезды. На следующий день, 16 апреля часть заняла пригород Дрездена. В этом бою Степану Григорьевичу перебило ногу и тяжело ранило в обе руки.

Победу он встретил в львовском госпитале. Домой, в родную станицу, возвратился в декабре 1945 года.  Боевые награды ветерана – это символ мужества и героизма. Орденом и семью медалями отмечен боевой путь Горбенко Степана Григорьевича.

Помимо тех заслуженных военных медалей у него есть медаль за «Доблестный труд». После фронта он также продолжал работать, принося большую пользу родному колхозу. А после огромного стажа работы в колхозе был назначен председателем Совета Ветеранов. В этом совете он работал почти до последних дней  жизни. Сейчас его уже нет рядом с нами, но он всегда в наших сердцах! 

С каждым годом становится все меньше ветеранов Великой Отечественной. Уходит поколение, вынесшее тяжелый груз войны. Мы по рассказам учителей, родных и из книг узнаем о Великой Отечественной войне. Узнаем о солдатах-победителях, о героях-партизанах, разведчиках, детях, участвовавших в войне. Мы должны гордиться подвигом людей нашей страны, которые победили фашизм, заплатили своим здоровьем ради жизни и мира на Земле. Низкий поклон всем павшим и живым! Пусть всегда будет мир на Земле!

 

Тихий Федор Власович

 image024

Четыре года войны, четыре года страданий.   Много горя принесла война 1941-1945 годов нашему народу. Миллионы людей погибли. В России нет семьи, которой не коснулось бы горячее дыхание Великой Отечественной. В каждой      семье есть свои герои, вынесшие на своих плечах все тяготы военной годины. Один из них  Тихий Федор Власович. Его образ бережно хранят в сердце и памяти все его родные.

В первые же дни  Великой Отечественной войны Федор Власович был призван на фронт. Он воевал в артиллерийских войсках на Центральном фронте, которым командовал К.К. Рокоссовский. О войне Федор Власович не любил вспоминать, поэтому не все подробности его военного пути известны.

Из воспоминаний самое тяжелое время это дни, когда наши войска отступали. Отступать было тяжело, потому что родная земля и живущие на ней мирные люди оставались оккупации фашистов. Солдаты уходили опустив головы. Им было невыносимо трудно смотреть на стариков, женщин и детей, которых они не могли защитить.

Известно, что Тихий Ф.В. участвовал в Курской битве. И первое свое ранение в ногу он получил под Псковом.

После госпиталя он воевал на Ленинградском фронте. И был в рядах защитников Ленинграда, до того самого дня, когда с города была снята блокада. 

А когда брали Берлин, были такие оглушительные залпы, что многие из участвующих в этом сражении, в том числе и Федор Власович, частично потеряли слух.

После победы над Германией Тихий Ф.В. участвовал в войне с Японией. Скоротечной оказалась русско-японская война, победа была за нами.

Тихий Ф.В. был награжден орденами Отечественной войны I степени и «Красной Звезды», медалями «За отвагу», «За оборону Ленинграда», и  «За победу над Германией».